Он тренировал ее с деревянным мечом. Тем самым деревянным мечом, которым мы с Мэй пользовались, когда были детьми.

Фэйз был на поводке, привязанный к стойке с оружием, висевшей на стене. Он грыз кость, чувствуя себя более довольным, чем когда-либо за последние дни.

Проходя мимо, я наклонилась, чтобы почесать его за ушами, а затем присоединилась к Рэнсому.

Эви высунула язык из уголка рта, сосредоточенно нахмурив брови и сжимая меч обеими руками. Она завела его за плечо, затем взмахнула им вперед, целясь ему в колено.

Рэнсом позволил ей ударить себя, притворившись, что ранен.

Эви хихикнула.

— Я выиграла.

— Ты выиграла. — Он взъерошил ей волосы, забирая у нее меч. — Хорошая работа. Ты можешь передохнуть.

Она убежала и плюхнулась рядом с Фэйзом.

Рэнсом вторгся в мое личное пространство, заставив меня задрать подбородок, чтобы не отводить от него взгляда. Снова серебристого.

— Красивая одежда, моя королева. — Он коснулся губами моих губ. — Я с нетерпением жду возможности снять ее с тебя позже.

По моей спине пробежали мурашки.

Он ухмыльнулся мне в губы, а затем шлепнул меня по заднице свободной рукой.

— Возьми меч.

Я застонала, но подошла к стене с оружием и вытащила меч такого же размера, как у него.

Рэнсом взял свой из угла, а затем повел меня в тренировочный круг, расположенный рядом с кругом Мэй.

По комнате пронесся смешок.

Мэй и капитан прекратили свою борьбу. Оба уставились в нашу сторону, склонив головы и перешептываясь.

Гейбл встал со скамейки перед кругом Мэй и подошел к тому, что был напротив моего.

— Может нам стоит пропустить эту тренировку, муженек? — Я захлопала ресницами, глядя на Рэнсома.

— Ни за что, Кросс.

Черт возьми. Последнее, чего я хотела, так это публики, особенно такой.

Гейбл отказался от меня как от своей ученицы. Он ворчал, что я плохо стреляю из арбалета, и предупредил отца, что я только поранюсь, если буду вооружена клинком.

А Мэй была, ну… Мэй.

В тот момент, когда я падала на задницу, она смеялась первой. А падение на задницу было неизбежным.

— Не обращай на них внимания, — сказал Рэнсом низким и вкрадчивым голосом. — Только ты и я.

Я закрыла глаза и представила себе тренировочный манеж под высокими вечнозелеными растениями. Я представила, как в нос ударяет запах сосны, а под ногами — хвоя. Я глубоко вдохнула и открыла глаза. Затем кивнула Рэнсому.

— Вот моя королева. — Его ухмылка была единственным предупреждением, прежде чем он атаковал.

Я отскочила назад и в сторону, едва отразив удар.

Он нахмурился, выгнув бровь.

— Стоять на месте, — пробормотала я. — Знаю.

Но, по крайней мере, я все еще стояла на ногах.

Рэнсом снова бросился на меня, и на этот раз я не отступила, а двинулась вперед, чтобы создать себе возможность для атаки.

Мы погрузились в знакомый ритм, в танец, который мы сами придумали, пока остальная часть комнаты не превратилась в размытое пятно, и остались только мы. Серебристые глаза медленно превратились в карие. И, наконец, его взгляд вспыхнул ярко-зеленым.

Я поняла, что попала в беду, когда он двинулся так быстро, что я потеряла ориентировку на его лице. Только что я стояла. В следующее мгновение я уже лежала на спине, меч выпал из моей руки, а он навалился на меня сверху, прижимая к полу.

— Нечестно, — проворчала я.

Он улыбнулся мне, и прядь его темных волос выбилась из узла на затылке. Его руки обхватили мои над головой. Вес его тела пригвоздил меня к полу.

— Это было здорово.

— Это был комплимент? На тренировочном ринге? Я думала, похвалу заслуживают в постели.

Он усмехнулся, наклоняясь ближе. Его губы щекотали мое ухо.

— Ты хочешь похвалы? Тогда подожди, пока я не трахну твой шикарный ротик сегодня вечером. Я воздам тебе всю похвалу, которую ты заслужила.

У меня перехватило дыхание. Мои и без того румяные щеки вспыхнули.

Он усмехнулся и поцеловал меня в уголок рта, затем вскочил на ноги, прежде чем помочь мне встать.

Остальная часть комнаты обрела головокружительную четкость, когда Рэнсом взял мой меч и отнес его к стойке с оружием.

Мэй стояла рядом с Бриксом, скрестив руки на груди, и ее красивое лицо было хмурым. Капитан выглядел впечатленным? Прежде чем я успела что-либо понять по его лицу, Мэй ткнула его локтем в ребра, и он поморщился.

Гейбл встал со скамейки и присоединился ко мне на ринге.

Я и забыла, каким устрашающим может быть мастер оружия. Гейбл был грубым человеком и почти таким же нервирующим, как отец. Его походка была скованной из-за хромоты на левую ногу. Его густые волнистые волосы были полностью серебристыми, каштановые, которые я помнила с детства, полностью исчезли. Морщинки от улыбки вокруг его рта стали глубже, чем раньше, как будто он нашел повод чаще улыбаться.