Вот только я не помнила, чтобы чувствовала его, когда изучала его лицо в темноте. Я не помнила, чтобы чувствовала его, когда выскользнула из его постели, чтобы бесшумно одеться. Я не чувствовала его, когда писала записку Косу, прежде чем выйти из дома и отправиться бродить по темным улицам Росло.

Уходить было мучительно. Боль, должно быть, заглушила зов.

Так почему же я не чувствовала его сейчас? Что это значит?

Без зова я не могу сесть на этот корабль. Я приговорю нас всех к смерти. Но если я не уйду, что это будет значить для Андреаса?

Будет ли это означать его смерть? Захочет ли он вообще, чтобы я осталась в Куэнтисе? Я закрыла глаза, разрываясь между желанием, чтобы зов вернулся, и радостью, что он прошел.

Милостью Божества, укажи мне путь.

Холодный и резкий ветер швырнул океанские брызги мне в лицо. Сквозь шум моря донесся крик.

— Каспия.

Я отвернулась от корабля и направилась к городу.

Андреас бежал по причалу, длинные ноги быстро сокращали расстояние между нами. Его волосы были растрепаны, рубашка расстегнута. В глазах была дикость и паника. Он не останавливался, пока я не оказалась в его объятиях. До тех пор, пока его нос не уткнулся в мои волосы, а мое лицо не уткнулось в изгиб его шеи.

Не из-за этого ли пропал зов? Андреас передумал. Не мне нужно было принимать решение. Это всегда был выбор Андреаса.

— Останься со мной. — Он отстранился, взяв мое лицо в ладони. — Не уходи. Останься со мной.

— А как же…

— Это не имеет значения. Все это не имеет значения.

Слезы навернулись мне на глаза от смеха или рыдания, я не могла отличить их, но они вырвались на свободу.

— Ты уверен?

Это изменит все.

— Останься со мной. Моя Каспия. Пожалуйста.

Я обняла его за плечи.

— Пока Божество не призовет меня домой.

Часть 3

Династия

Тридцать девять

Тридцать девять

Одесса

Я сидела на краю утёса, прижав колени к груди, и смотрела на надвигающуюся на горизонте бурю.

Послеполуденный бриз быстро превратился в порывистый ветер, который хлестал меня волосами по лицу. Холод проникал сквозь одежду. Запах дождя ударил мне в нос. Молнии сверкали и взрывались белыми вспышками.

На востоке солнце все еще боролось за то, чтобы его можно было увидеть сквозь серые, клубящиеся облака, но оно проигрывало эту битву.

Я могла это понять.

После ужасной встречи с отцом мне нужно было сбежать из замка. Из его замка. Мои ноги сами пришли сюда, и теперь я, похоже, не могла заставить их вернуться.

Все это время я надеялась завоевать его доверие. Но он никогда не собирался посвящать меня в свои планы. Возможно, в глубине души я знала, что он никогда не впустит меня, и именно поэтому я не сказала ему, как найти Аллесарию. Я не отдала ему манжету Рэнсома.

Я не заслужила доверия отца.

А он разрушил мое.

— А вот и моя королева. — Рэнсом опустился рядом со мной, его плечо коснулось моего, когда он положил руки на согнутые колени.

Мы сидели рядом, молча наблюдая, как над океаном начал накрапывать дождь, размывая границу, где небо встречается с морем.

— Где Эви? — спросила я.

— С твоим братом. Няня обещала присмотреть за ней.

Детская с Наталией была самым безопасным местом в замке. И я надеялась, что Эви найдет друга в Арталайусе. Даже если наше пребывание в Куэнтисе будет недолгим.

— Мой отец нашел тебя?

— Да. Хотел узнать о разведчике крукса. Он послал своего нового генерала ускорить подготовку.

Что ж, по крайней мере, он отнесся к миграции серьезно.

— Он спрашивал о Бэннере?

— Нет.

Я вздохнула и положила голову на плечо Рэнсома.

— Они хотят, чтобы я стала такой, какой была, и я не знаю, как вернуться.

Рэнсом наклонился и поцеловал меня в волосы.

— Ты всегда была такой женщиной, как сейчас. Я понял это в тот день, когда увидел, как ты прыгаешь с утёса. Ты всегда была моей королевой. Это не твоя вина, что они не обращали на тебя внимания.

Слезы наполнили мои глаза, а боль в сердце усилилась.

— Я не хочу оставаться в Куэнтисе. Если мы отправимся в плавание завтра, как ты думаешь, мы сможем добраться до Перриса до начала миграции? Укрыться там? Ты сказал, что у нас, возможно, больше времени.

Отъезд означал, что у меня не будет доступа к целителям моего отца, но это не означало, что я отказываюсь от лечения. Я просто найду целителей в Туре.

Рэнсом пошевелился, чтобы достать что-то из кармана. Письмо, конверт, сложенный пополам. Он протянул мне конверт, позволив вынуть пергамент из него.

— Это ждало меня, когда я закончил встречу с твоим отцом.

Почерк был женским и четким.

— От Кэтлин?

Он кивнул.

— Я не хочу читать это, если новости плохие. — Если это означало пережить смерть Завьера заново.

— Он жив.

Все мое тело расслабилось, когда я перекрестилась Восьмерым.

— Слава богам.

— Они плывут сюда. Из-за Эви.