Белья на нем, конечно же, не оказалось. Я почти не удивилась.

Старательно смотрела в свой саквояж с таким видом, будто там внутри находилось что-то чрезвычайно важное и интересное, и мысленно досчитала до десяти. Потом до двадцати. Затем решила, что я взрослая женщина и опытная целительница, которая видела всякое, и подняла взгляд...

Видела. И до сих пор помню всю до последней мелочи. Эх...

- Начнем, - сказала ровным голосом, который мне самой показался неестественным. - Встаньте прямо.

Он встал. Прямо и совершенно спокойно, как будто ничего особенного, словно так и надо. Будто он каждый день расхаживает голышом перед незнакомыми женщинами.

Я начала осмотр сверху вниз - методично, профессионально, стараясь думать только о том, что вижу, и не зацикливаться на том, что чувствую. Глаза, как самое сложное, оставила на потом. Голова, шея, плечи. Руки.

Я взяла его левую руку и остановилась.

От запястья, по предплечью, поднимаясь к плечу и заходя на левую часть груди, тянулся рисунок. Красивые руны, сложные, переплетенные так искусно, что первую секунду я просто смотрела, не в силах отвести взгляд. Линии перетекали одна в другую, складывались в узор, который хотелось рассматривать и рассматривать.

Но потом я заметила еще кое-что - они были блёклыми. Выцветшими, почти призрачными, как карандашный набросок, которому не дали превратиться в картину. Словно кто-то начал рисовать и остановился на полпути. Странно... я не помню у дракона этого рисунка. Он появился позже?

Я провела пальцем вдоль одной из линий - не дотрагиваясь, просто рядом, в сантиметре от кожи.

- Что это? - спросила тихо.

- Это не касается моих ран и лечения, - ответил дракон коротко с какой-то странной... непонятной мне ноткой в голосе. Злость? Тоска?

Я не стала спорить. Просто сделала мысленную пометку – разобраться с этими рунами позже. И немного сместилась назад, чтобы осмотреть спину. Тут меня ожидало очередное потрясение.

В районе лопаток кожа была изуродована особенно жестоко - два симметричных шрама, длинных, глубоких, с краями, которые я не могла объяснить никаким оружием. Словно кто-то... или что-то вырвало... крылья.

Мысль была такой чудовищной, что я едва не сказала ее вслух. Существо, которому принадлежало небо... и такие два рубца вместо крыльев. Я прикусила щеку изнутри и перешла дальше, потому что смотреть на это было невыносимо. Слезы жгли глаза и мне стоило огромного труда сглотнуть их и никак не выдать себя.

- Полотенце возьмите, - сказала спокойно, протягивая дракону ткань, лежавшую на кровати. – Прикройтесь впереди, мне нужно получше осмотреть бедро.

- Зачем? - в голосе слышна язвительность. – Не поздно ли уже прикрываться?

- Не поздно. Или вы желаете еще чем-то меня удивить, кроме отсутствия белья и скромности?

Он взял полотенце с таким насмешливым видом, что мне до зуда в пальцах захотелось этим же полотенцем да отходить его хорошенько по голой заднице... по красивой... твердой... Так! Виола! Продолжай осмотр, чтоб его!

Я чуть наклонилась к пациенту, чтобы лучше видеть шрамы на бедре, и близость эта была совершенно рабочей, абсолютно уместной с профессиональной точки зрения. Я повторяла и повторяла это себе, пока осторожно касалась края шрамов пальцами и чувствовала под кожей плотные, негибкие тяжи неправильно сросшейся ткани.

Под моими пальцами по мужской коже пробежалась волна мурашек. Я сделала вид, что не заметила, и очень осторожно, почти на грани ощущения, пустила чуть магии, просто чтобы почувствовать, что там внутри.

Лорд резко дернулся всем телом и тут же замер. Дыхание сбилось на секунду, потом выровнялось, слишком намеренно, слишком ровно.

- Все в порядке? - спросила спокойно.

- Продолжайте, - бросил он.

Я продолжала. Магия рассказала мне то, что я и предполагала - несколько нервных волокон пересечены и не соединены при заживлении. Каждый шаг давался ему с болью. И не тупой, ноющей, а острой, отдающей по всей длине ноги.  Как он это выносит каждый день?

Я убрала руки, отодвинулась.

- С ногой будет сложно, - сказала, - но попробовать стоит. Теперь глаза. Сядьте на край кровати.

В этот раз мой язвительный пациент воздержался от реплик. Возможно, задумался о моих словах, а может, устал стоять. Послушно сел на кровать, и я встала перед ним, доставая маленький фонарик. Поняла, что стоя так далеко не дотянусь и шагнула ближе, вставая между его колен.

Рабочая поза, удобная. Я пользовалась ею сотни раз. И всегда все было в порядке. Всегда... кроме этого раза.

Его дыхание коснулось моей шеи. Теплое, ровное, и от этого прикосновения горячего воздуха к коже у меня мурашки побежали от затылка до самых пяток.

Ну вот... теперь все по справедливости. Мы обменялись мурашками и отныне можно, наконец-то, нормально работать!

Я подняла руки к повязке.

- Сейчас сниму, - предупредила, голос вышел чуть тише и ниже, чем нужно. - Не двигайтесь.