Не шаги, их я научился слышать давно, это несложно, когда у тебя нет другого выбора. Что-то другое. Что-то едва заметно изменилось в воздухе, как меняется давление перед грозой. Я сидел в своем кресле и слушал тишину замка, и она вдруг стала другой. Какой-то напряженной...

Потом - стук в дверь. Я не пошел открывать. Незачем. Стук повторился. Потом - тишина, достаточно долгая, чтобы я решил, что тот, кто хотел попасть в замок ушел. Хорошо. Я не нуждался ни в чьей помощи, ни в чьем присутствии, ни в чьей жалости, меньше всего в жалости.

Но увы... следующее, что я услышал – скрип двери.

Легкие шаги в холле, медленные, немного неуверенные. Человек, который не знает, куда идти, но идет все равно. Приблизились к моей двери, остановились, и дверь открылась.

Что-то теплое коснулось меня. Что-то живое, от чего внутри шевельнулось давно мертвое и тут же затихло снова, потому что у меня больше не было дракона, который мог бы откликнуться по-настоящему. Как тянешь руку и понимаешь, что руки нет. Это было, пожалуй, самым невыносимым из всего.

Не слепота, не хромота. Не шрамы на спине, которые я не трогал руками и старался не вспоминать. А вот это - когда что-то внутри начинало шевелиться, тянуться, откликаться, и тут же упиралось в пустоту.

Она сказала, что сиделка. Что прислали.

Злость поднялась медленно, привычно. Сиделка. Прислали. Кто-то там наверху решил, что лорду Беркли нужна нянька - слепому, хромому, беспомощному лорду, от которого остался только титул и пепел того, чем он когда-то был.

Я велел ей уйти, но она не ушла. Это меня удивило. Я привык, что мне подчиняются, особенно, когда говорю таким тоном. Но она не только не ушла, но и нашлась с ответом - дерзким, коротким, точным. Про грудь я сказал намеренно, хотел, чтобы испугалась, убежала. Пусть идет назад в свою коллегию и докладывает, что лорд Беркли невменяем. Впрочем... все и так это давно знали. Нормальный бы не полез туда, в разлом, не стал бы рисковать ради какого-то ребенка, пусть и королевского.

Присланная сиделка не убежала. Ответила коротко, почти весело, совершенно не так, как я ожидал. И осталась...

И что-то во мне, какая-то маленькая часть, которую я считал давно умершей, отреагировала. Просто усталый, злой, сломанный мужчина, которому вдруг стало смешно.

Тот странный хриплый звук, вырвавшийся из моей глотки даже не особо был похож смех, я давно разучился смеяться так, как раньше, она услышала. Я понял это по тому, как изменилось ее дыхание. Едва заметно, на полвздоха.

Странная женщина.

Потом был осмотр. Я велел ей подойти, выбросил руку вперед и поймал ее запястье. Смотрел ауру, словно сквозь мутное стекло, как всегда теперь. Бледные тени вместо картины. Но её аура была другой. Не просто ярче. Золотой - не человеческим золотом, не магическим, а чем-то другим. Знакомым. Таким знакомым, что внутри снова шевельнулась та пустота, и это было так больно, что я едва не выпустил ее руку.

Откуда у человеческой целительницы из портового городка золото в ауре?

Большой палец двигался по тонкой коже ее запястья сам, я заметил это только когда она вдруг сбилась с дыхания. Остановился. Разозлился на себя и отпустил руку. Но еще долго помнил эту тонкую гладкую кожу.

Потом она ушла на кухню. И принялась там колдовать. По-другому я это назвать не мог. Поймал себя на том, что сижу в кресле и тяну носом воздух. Мясо. Розмарин. Чеснок. Что-то сладкое следом - ваниль, ягоды, горячее тесто. Нечто домашнее и живое, чего я не чувствовал так давно, что почти забыл, как это бывает.

Я встал и пошел на кухню, злясь на себя за каждый шаг: за трость, за хромоту, за то, что иду на запах еды как голодный пес. Лорд Беркли. Потомок одного из старейших драконьих родов. Идет на кухню, потому что там пахнет мясом.

За ужином я молчал. Ел и злился на то, как это было хорошо, потому что хорошее теперь всегда было немного больно. Потому что хорошее напоминало о том, каким все было раньше. До тумана, до пепелища вместо города. До пустоты там, где должен быть дракон.

Ну что ж... крошка-сиделка выиграла спор честно. Я думал – это будет просто. И в очередной раз прогадал.

Ее руки на моей коже - профессиональные, деликатные, и все равно каждое прикосновение отдавалось жаром в моем теле. Когда она пустила магию, совсем немного, думала, что не почувствую, но я ощутил сразу. Это было так... прекрасно и так больно! То же самое золото из ауры, только ближе и горячее. Словно драконий огонь...

Откуда? Как? Женщин драконов не бывает, девочки у нас давно не рождаются. Из-за того, что драконы много времени проводят возле разломов, где бушует черный туман, наша магия претерпела изменения. Рождаются только мальчики, как носители боевой магии. Девочек-берегинь больше нет.

А потом я услышал ее собственный аромат и все мысли из моей головы унесло этим запахом.