Я двигаюсь быстрее, глубже, стараясь перейти эту грань. Давление нарастает, тугой спиралью скручиваясь внутри.

— Меня надолго не хватит, если ты будешь так двигаться, — стонет Коул, сжимая меня крепче и отвечая на каждое мое движение.

Это идеально.

Его большой палец находит место, где мы соединяемся, и начинает двигаться по кругу.

— Ты ощущаешься… черт, Энди. Ты ощущаешься идеально.

Его дыхание сбивается, и я чувствую, как он пульсирует внутри меня.

Вскоре я оказываюсь на грани.

Мое имя слетает с его губ, как молитва, и я теряюсь.

Исчезаю. Разбиваюсь на тысячу осколков, которые может собрать воедино только Коул.

Но не в одиночку.

Потому что он прямо здесь, держит меня, пока я прохожу через это.

Надежно. Уверенно. Ни на секунду не отпуская.

И когда мы обессиленно падаем друг на друга, сплетясь телами и тяжело дыша, он целует меня в висок.

— Черт возьми, Энди.

Мои губы растягиваются в улыбке, и что-то в груди сжимается от нежности.

Я лежу, прижавшись к его груди, дыхание все еще сбивчивое, а его сердце ровно бьется под моим ухом – тихий ритм, который успокаивает меня, пока Коул лениво водит пальцами по моей коже.

Он такой надежный, что, даже если бы мир рухнул, я бы все равно могла на него положиться.

Как скала, за которую можно ухватиться в шторм.

Я так привыкла бороться за то, чтобы удержаться на плаву, что почти забыла, каково это – чувствовать опору.

Глава двадцать шестая

26

ОТ ВРАГОВ К ВЛЮБЛЕННЫМ

Энди

Работа сегодня – просто отстой.

И не потому, что она непривычно хаотичная или мерзкая – хотя, будем честны, она такая всегда.

Работа отстой, потому что я рассеянна.

Безнадежно и до нелепого рассеянна.

Я не могу перестать думать о прошлой ночи. О Коуле. О его руках, его губах, о том, как он смотрел на меня – словно я была чем-то, что он хотел оставить себе. Чем-то, за что стоит держаться.

Я не переставала думать об этом с тех самых пор, как ушла от него сегодня утром, с растрепанными волосами и телом, ноющим самым приятным образом. Я пыталась сосредоточиться на документах и медкартах пациентов, но все, о чем я могу думать – это то, какие чувства он у меня вызвал.

Тепло. Безопасность. Желание.

Я сглатываю.

Разум предает меня, подкидывая вспышки воспоминаний обо всех тех страстных словах, которые он шептал прошлой ночью.

«Скажи мне, чего ты хочешь, Энди».

Не требование, а приглашение – рассказать ему, что мне нравится, что мне нужно. Словно Коулу тоже это было нужно. Нужно было знать, как доставить мне удовольствие.

Позже, когда у него перехватило дыхание, а руки сжали мои бедра, он прошептал: «Я не продержусь, если ты будешь так двигаться». Коул говорил игриво, но в то же время измученно, как будто это я его доводила, а не наоборот.

— Эй, Каллахан.

Я моргаю, отрываюсь от экрана и вижу, что Майки стоит в дверях, скрестив руки на груди, и самодовольно ухмыляется.

— Чего тебе?

Он пожимает плечами.

— Слышал, ты порвала всех на аукционе холостяков.

Я фыркаю.

— Я выжила.

Пытаюсь сосредоточиться, но с треском проваливаюсь.

— Ты в порядке?

— Да, — лгу я. — А что?

— Ты уже три раза прочитала одну и ту же строчку в этой карте.

— И что?

— А то… что ты рассеянна. И не в стиле «моя собака заболела». А скорее в стиле «меня основательно испортил какой-то парень».

Мое лицо мгновенно вспыхивает.

— Заткнись.

— Ага! — Майки указывает на меня пальцем, ухмыляясь еще шире. — Это правда.

— Ничего подобного.

— Еще как. — Он заходит и садится на край стола. — Ты буквально светишься. И не думай, что я не заметил, как ты сегодня утром впорхнула сюда на крыльях любви.

— Ты закончил?

Он бросает на меня выразительный взгляд.

— Ты ужасно с этим справляешься.

Я стону, откидываясь на спинку кресла.

— Тебе разве не нужно чем-нибудь заняться?

— Я проверяю, все ли в порядке с моей подругой. И, судя по всему, ты более чем в порядке. Так что оставлю тебя наедине с… тем, что там сейчас творится в твоей голове. — Майки встает, продолжая ухмыляться. — Передавай привет своему герою-любовнику.

Я показываю ему средний палец вслед, но сама улыбаюсь.

***

— Ай!

Шей косится на меня.

— Что опять?

— Мастер только что чуть не отрезала мне палец на ноге.

— Ты как ребенок.

Я сверлю ее взглядом, но без особого энтузиазма. Она ухмыляется так, словно точно знает, почему я такая дерганая – и да, скорее всего, так оно и есть.

В маленьком маникюрном салоне сегодня вечером тихо – только мы, скучающая администратор, листающая телефон на стойке регистрации, и какое-то приглушенное реалити-шоу на фоне.