Не успеваю я возмутиться, как в дверь стучат.

Мое сердце замирает.

Марго уже на ногах.

— Я открою.

— Нет, стой… — Я бросаюсь к двери, на ходу приглаживая волосы. — Веди себя прилично.

Марго подмигивает.

— Что значит «прилично»?

Я бросаю на нее испепеляющий взгляд и открываю дверь.

И вот он.

Джек.

Высокий, спокойный, в мягком сером свитере и темных джинсах, он держит бутылку вина так, словно даже не подозревает, что от одного его вида у меня подкашиваются колени.

— Привет, — говорит он с улыбкой.

— Привет.

Марго уже стоит у меня за спиной.

— Ну и ну. Вы только посмотрите на него.

Джек удивленно приподнимает бровь.

— А ты, должно быть, Марго.

Хелен появляется рядом со мной.

— А я Хелен. Наслышаны.

Я стону.

— Заходи, пока они не устроили тебе допрос прямо на пороге.

Джек переступает порог, и дом внезапно кажется меньше и теплее, и я не уверена, исходит ли этот жар от плиты или от того, как он на меня смотрит – словно в этой комнате больше никого нет.

— Ужин пахнет просто потрясающе, — говорит он.

— Спасибо. Я старалась, чтобы было съедобно.

Он тихо смеется, не отрывая от меня глаз.

Боже правый, до чего же он милый.

Марго сияет, как ребенок в Рождество.

— Итак, Джек, каковы твои намерения в отношении нашей девочки?

Джек переводит взгляд на меня, затем снова на них, абсолютно невозмутимый.

— Относиться к ней хорошо. Заставлять ее смеяться. И постараться не облажаться.

Хелен присвистывает.

— Ловко.

Марго поднимает свой бокал.

— Ладно, проверка пройдена. Пока что.

Джек смеется, протягивая мне вино.

— Такое подойдет?

— Идеально, — выдыхаю я, осознав, что все еще сжимаю в руке кухонное полотенце.

И впервые за сегодняшний вечер нервозность начинает отступать.

Может быть, именно так все и должно ощущаться.

Марго допивает последние капли из своего бокала и хлопает в ладоши.

— Что ж, оставим вас, голубки, наедине.

Хелен встает, потягиваясь и слегка постанывая.

— Помни, если он начнет слишком распускать руки, просто кричи «ананас».

Марго подмигивает.

— Или не кричи. Мы не осуждаем.

Я закатываю глаза со смехом.

— На выход. Обе.

Джек посмеивается, открывая перед ними дверь.

— Было приятно познакомиться.

Марго снова подмигивает.

— Нам тоже было приятно, Джек. И смотри, не облажайся.

Он непринужденно улыбается.

— Постараюсь.

Как только дверь за подругами закрывается, в доме становится тихо, но это приятная тишина. Только… мы.

Я оборачиваюсь, внезапно остро ощущая все вокруг: то, как он смотрит на меня, напряжение в воздухе, вино, которое все еще стоит на столешнице.

— Прости за них, — говорю я, приглаживая одежду по бокам.

Джек делает шаг ближе; руки в карманах, и его спокойная энергия окутывает меня.

— Не извиняйся. Они замечательные.

Он останавливается передо мной, так близко, что я чувствую исходящее от него тепло.

— Я хотел сделать это с той самой секунды, как пришел, — бормочет он.

Не успеваю я спросить, что он имеет в виду, как его рука скользит по моей талии, он притягивает меня к себе и целует – нежно, но уверенно, словно ждал этого так же долго, как и я.

Я окончательно таю; мои руки ложатся ему на грудь, и под кончиками пальцев я чувствую ровный стук его сердца.

Когда Джек отстраняется, у меня перехватывает дыхание.

— Прости, — говорит он с улыбкой. — Я не мог больше ждать.

Я качаю головой, мысли путаются.

— Не извиняйся.

Какое-то время мы просто стоим и улыбаемся, как два дурака, прежде чем ко мне возвращается дар речи.

— Вина?

Он кивает, слегка отстраняясь.

— Пожалуйста.

Я наливаю два бокала и протягиваю ему один, стараясь не расплескать вино, потому что руки все еще немного дрожат.

— Хочешь покажу дом?

— Конечно. Веди.

Мы ходим по дому, останавливаясь то тут, то там: мое любимое кресло, старый книжный шкаф, от которого я никак не могу избавиться, стена с фотографиями в коридоре. Джек слушает, по-настоящему слушает, расспрашивает о мелочах, которые большинство людей не замечают.

Затем мы заходим в гостиную.

Я показываю на фотографию в рамке на каминной полке: мы с Коулом на рыбалке два года назад.

Взгляд Джека задерживается на Коуле, его желваки на секунду напрягаются, прежде чем лицо снова становится бесстрастным.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, слегка нахмурившись.

Он кивает.

— Да. Все отлично.

Я мягко улыбаюсь.

Джек вздыхает и ставит бокал с вином на стол.

— Поужинаем?

— Конечно.