— Да, — сказала она, не отступив ни на шаг; за весь день она уже достаточно сгибалась и уступала. — Но ты ещё дал слово не мешать моим обязанностям перед Вечным Пламенем. Сбор — часть моей работы. Я делаю это годами. Если хочешь контролировать каждое моё движение — подожди, пока мы выиграем. Феррон несколько секунд сверлил её взглядом. Она боялась, что он обойдёт её, свяжется с Кроутером и заставит его придумать замену. Кроутер согласился бы. Она знала это. Он сделал бы всё, чтобы угодить Феррону. Сердце бешено стучало, надеясь, что он не раскусит её. Он отступил, его глаза были холодны, как сталь.

— Хорошо. Тогда скажи мне, как тебя охраняют там? Какое оружие тебе выдали? Я хочу понять, сработает ли оно против химер.

Он протянул в перчатке ладонь. Хелена уставилась на неё. Несмотря на окоченевшие руки, по её затылку пополз жар, а ком подступил к горлу. Она сглотнула.

— Это… эм… не совсем так, — пробормотала она, пытаясь проскользнуть мимо него.

— Не так как?

— У меня нет выданного оружия. Меня сняли с боевых задач до того, как я прошла квалификацию. Когда работаешь только в Штаб-квартире, тебе не… — Она махнула на себя. — Я хожу собирать травы как гражданская.

Его брови поднялись.

— Ты ходишь через город и в пустоши одна и безоружная? Хелена поёрзала. В его формулировке это звучало куда хуже. У неё была вивимантия, но сказать ему она об этом не могла. Всё усугубляло то, что её вылазки не были официально одобрены.

Пейс знала. Кроутер знал. Матиас, её формальный начальник, — нет. Хелена не хотела давать ему повод запретить ей собирать лекарства.

Она попыталась сделать всё более разумным:

— Если бы у меня было служебное оружие, это поставило бы меня под ещё больший риск при задержании.

— Ты же можешь говорить это серьезно — в его голосе звучало недоверие .

— У меня есть нож для сбора, — сказала она и подняла его. Он медленно моргнул.

— И что ты собираешься делать этой штукой?

Она вскинула подбородок.

— Мы все проходили базовую боевую подготовку в Институте. Я всё ещё помню формы. Они работают и без трансмутаций.

Он окинул её взглядом.

— И когда ты последний раз их практиковала?

Хелена отвела взгляд.

— Не знаю, я не отслеживаю такие вещи. — Она сунула нож обратно в сумку; пальцы всё ещё обхватывали рукоять, лак на которой давно стёрся, но дерево стало гладким от использования. — У меня довольно много работы.

— Ну, теперь я знаю, чем с тобой займусь дальше, — сказал он со вздохом. — Я думал, что твой разум — самая большая опасность для меня, но оказывается, ты сама по себе ходячая угроза. Я не собираюсь терять время, тренируя нового связного после всего того времени, что уже потратил на тебя.

Хелена вздохнула.

— Это не нужно. Никто меня никогда не трогал.

Феррон вскинул бровь.

— Ты думаешь, там будет только одна химера? Беннет работал над этим проектом годами. Теперь, когда он добился успеха, пустоши и низкие районы будут наводнены этими тварями. То, что ты видела — один из ранних прототипов.

— Тогда скажи нам, как их убивать, — резко сказала она. — Мы не откажемся от еды и лекарств только потому, что вы, психопаты, решили выпустить монстров повсюду. Её уже рвали в разные стороны, и мысль о том, что к этому добавится ещё и боевое обучение, была невыносима.

— Очевидно, я над этим работаю, — процедил он. — Именно поэтому я тебя позвал — чтобы предупредить, чтобы ты была настороже. Если ты и дальше будешь туда ходить, тебя нужно обучать.

Хелена раздражённо фыркнула и повернулась к двери.

— Тогда я буду тренироваться в Штаб-квартире.

Она отперла дверь, и тут он снова заговорил:

— Ты не хочешь, чтобы я тебя тренировал? — Его голос стал скользким и опасным. — Почему? Я бы подумал, что ты предпочла бы занять наше время тренировками, а не… некоторыми другими вещами, которые я мог бы потребовать. Хелена остановилась и оглянулась. Он загонял её в угол. Он, должно быть, понял, что она должна его соблазнить, даже если понятия не имел о её вивимантии. Проклятье.

— Ладно, — бросила она. — Можешь тренировать меня.

Она уже знала, что какое бы физическое обучение он ни выбрал, оно, вероятно, окажется хуже того ментального, которое он ей уже устраивал. Боевые тренировки едва ли подходили для того, чтобы вызвать в ком-то навязчивое желание. Скорее — насильственное желание.

Голова глухо пульсировала. Она чувствовала, как Люк становится всё дальше, будто свет в её жизни гаснет один за другим.

— Ты выглядишь такой озлобленной, — насмешливый голос Феррона выдернул её обратно. Его глаза блестели. — Можно подумать, я потребовал, чтобы ты меня трахнула, а не наоборот. Разочарована?

Глухая ярость медленно просачивалась в неё.

— Ты всегда покупаешь себе компанию? — бросила она.