Я уже собираюсь зарыться под одеяло, как вдруг раздается стук в дверь. На мгновение я думаю, что Уайатт передумал, но, когда дверь приоткрывается в ответ на моё поспешное «войдите», появляется Бо.

Он не заходит внутрь, просто остаётся в дверях. На нём спортивные штаны, его светлые волосы влажные после душа. Когда наши взгляды встречаются, я замечаю в его взгляде неодобрение.

– Просто скажи уже, – вздыхаю я.

– Уайатт? Это тот парень, с которым ты встречаешься? Могла бы сказать мне в тот вечер.

– Мы держали это в секрете.

– Ну, у тебя хреново получилось, потому что теперь это, блин, из «под шумок» превратилось в... – он делает паузу, – ...«на всеобщее обозрение»?

– Разве не «напоказ»?

Он игнорирует это.

– Ты даже не представляешь, какой скандал ты развязала. Отцы сейчас проводят по этому поводу собрание.

– Пусть собираются, – раздражённо говорю я. – Это их не касается.

Бо качает головой.

– Ты умнее этого, Би. Я люблю этого парня до смерти, но мы оба знаем его репутацию. Он разобьёт тебе сердце.

– Может быть. А может, и нет. – Я раздражённо выдыхаю. Меня бесит, что все суют нос не в своё дело. – В любом случае, это не касается никого, кроме меня.

Глава 38. Уайатт

О, мы снова рискуем?

Отцы враждуют. Что было бы смешно, если бы я не был частью этой вражды. Например, если бы Эй Джей переспал с Айви? Или Бо переспал с Алекс? Смешно.

К сожалению, это я переспал с Блейк, а значит, мы оказались в эпицентре бури, и все смотрят на нас, когда вражда особенно обостряется. Например, во время сегодняшнего ужина.

– Может, кто–нибудь скажет мистеру Логану передать картофельное пюре?

– Может, кто–нибудь скажет мистеру Грэхему, что ему нужно перестать есть столько масла, потому что он начинает выглядеть обрюзгшим?

– Может, кто–нибудь скажет мистеру Логану, чтобы он отвалил, и если он такой смелый, я вызову его на соревнование по отжиманиям на пирсе?

– Может, кто–нибудь скажет...

– Нет! – взрывается моя мать. – Нет! Мы закончили!

Грейс решительно кивает.

– Забирайте свои тарелки. Мы будем есть на улице. А они останутся здесь.

– О, нет, спасибо, – говорит Дин, и Такер кивает в знак согласия. – Мы останемся и посмотрим, если вы не против.

– Как хотите, – говорит Грейс.

Все остальные отодвигают стулья и идут к стеклянным дверям. Эй Джей тихо усмехается, поглядывая на меня.

– Чёрт, Уайатт, ты сломал им мозги.

Логан слышит это и рычит на Эй Джея.

– Заткнись, Коннелли. Ты и так ходишь по тонкому льду, потому что твой отец пытался увести у меня лучшего друга, и, знаешь что? Джейк может его забрать. – Он фальшиво улыбается моему отцу.

Это продолжается уже три дня.

Все три дня я мучился от бессонницы – видимо, если Блейк не прижимается ко мне, я не могу уснуть.

И все три дня мои яйца были синими, потому что я не мог ее трахнуть.

А это значит, что три дня я дрочил, что не так уж весело, когда я знаю, что моя девушка с тугой киской живет через две двери от меня.

Но сейчас я бы ни за что не рискнул сделать это в доме, где ее отец хмурится при виде меня всякий раз, когда я вхожу в комнату. Из–за этого мне хочется поскорее вернуться в Нэшвилл, но мысль о том, чтобы попрощаться с ней...

Вызывает агонию.

Чёрт. Нужно взять себя в руки. Это не я. Я не паникую при мысли о том, что нужно двигаться дальше. Мы с Блейк останемся друзьями, когда секс закончится. Мы всегда будем друзьями.

– Ты не хочешь быть её грёбаным другом, – говорит недоверчивый голос, но я затыкаю его, прежде чем обвинение успевает укорениться в сознании.

После ужина мы с «Золотыми мальчиками» едем в город играть в бильярд. Тара тоже с нами – сидит за высоким столом, уткнувшись в телефон, скрестив ноги, в мини–юбке, задравшейся на загорелых бёдрах. Мы разбиваемся на пары – мы с Бо против Эй Джея и Грея. Но сложно наслаждаться игрой, когда мой партнёр всё время бросает на меня угрюмые взгляды.

Я пытался её предупредить. Я сказал, что Бо к ней неровно дышит, но Блейк просто отмахнулась. Женщины предпочитают не замечать того, что их смущает.

Несмотря на нарастающее напряжение между нами, мы с Бо выигрываем первую партию. Пока Грей раскладывает шары для второго раунда, Эй Джей идет за еще одним кувшином пива. «Золотым мальчикам» по двадцать, и все они пользуются поддельными удостоверениями. Меня это забавляет, потому что я уверен, что большинство барменов на Тахо знают, кто их отцы, и легко могут загуглить их возраст и выяснить, что они несовершеннолетние. Но Эй Джей без проблем возвращается со вторым кувшином.

Наливая себе пинту, я замечаю, что Эй Джей и Грей ухмыляются.

– Что? – спрашиваю я, закатывая глаза.

– Мы серьёзно не будем обсуждать ваши делишки с Блейк? – спрашивает Эй Джей.

– Да, – соглашается Грей. – Мы были очень терпеливы.

– Давали тебе пространство, – добавляет Эй Джей.

– Пытались вести себя спокойно, – продолжает Грей. – Но, чувак... Прошло уже три дня.