Я прерываю его, наклонившись и прижавшись губами к его губам. — Я люблю тебя, Тео, — шепчу я ему в губы. А потом целую его так, будто от этого зависит моя жизнь. Будто это последнее, что я сделаю на свете. Я чувствую сладкое вино на его языке, когда он сплетается с моим, а он зарывается рукой мне в волосы, притягивая ближе, будто хочет меня проглотить.

Его руки спускаются к моим бёдрам, пока он продолжает терзать мой рот поцелуем, и тянут платье вверх, собирая его складками у меня на талии. Жидкий жар разливается внизу живота, когда он хватает меня за ягодицы и сжимает их, а в следующую секунду уже мягко укладывает меня назад на одеяло, нависая сверху.

Он прерывает поцелуй, чтобы отстраниться и посмотреть на меня сверху вниз, удерживаясь на руках по обе стороны от моей головы.

— Ты такая, блядь, сексуальная, — рычит он, снова наклоняясь и прихватывая зубами мою нижнюю губу.

Я чувствую, как выпирающая эрекция в его штанах настойчиво упирается мне в живот из его положения между моих ног, и сама двигаю бёдрами ему навстречу, подталкивая его. Я хочу, чтобы он меня трогал, брал, пометил. Я хочу его так сильно, что кажется, будто у меня горит всё тело.

Тео откидывается назад, опираясь на колени, и ведёт руками вниз по обеим моим бёдрам. Он подводит их к вершине моих бёдер — именно туда, куда мне нужно, — а потом медленно начинает гладить обратно, сводя меня с ума от желания.

— Пожалуйста, — тяжело дышу я, извиваясь бёдрами.

На лице Тео расползается дьявольская улыбка, когда он меняет направление и снова ведёт руки ближе. Потом проводит ими по внешней стороне моих бёдер вверх, к бёдрам. Он цепляет большими пальцами резинку моих трусиков и медленно тянет их вниз.

Когда он их видит, его глаза расширяются. — Белые, блядь, трусики?

Мои щёки вспыхивают румянцем.

— Всё, — резко говорит он, откидываясь на пятки и сводя мои колени вместе. Он переворачивает меня чуть набок и легко шлёпает по заднице. — Снимай это платье, я должен это увидеть.

— Что? — смеюсь я, сжимая бёдра, чтобы хоть как-то унять жгучую нужду между ними.

— Ты меня слышала.

******

Тео

Самый красивый румянец окрашивает щёки Брук, когда она приподнимается на локтях и отползает назад. Её платье всё ещё собрано у талии, трусики спущены до бёдер. От одного только вида на неё я уже готов кончить — у меня член так встал в джинсах, что это, блядь, уже больно.

Я не свожу с неё глаз, пока скидываю куртку и стягиваю футболку через голову. Она мучительно медленно снимает свою куртку, и у меня в груди поднимается рык, пока я наклоняюсь вперёд, помогая ей выбраться из неё, и хватаюсь за платье, чтобы стащить его вверх. Она поднимает руки, и я снимаю его через голову, а в тот же момент у меня такое ощущение, что глаза сейчас вылезут из орбит.

На ней белый кружевной бюстгалтер в комплект к этим сексуальным трусикам, и сквозь ткань проступают её соски цвета персика. Она выглядит как настоящий, мать его, ангел — такая чистая, такая невинная. Весь этот её образ «хорошей девочки» пиздец как меня заводит, а то, как она сейчас одета, — его чистейшее воплощение.

— Чёрт, мелкая, — хриплю я, снова наползая на неё. Я сжимаю её грудь прямо через это кружево и прихватываю зубами шею. — Это, блядь, так сексуально. Брук дышит короткими прерывистыми выдохами, и я чувствую её возбуждение по запаху — она заведена так же сильно, как и я сейчас, вся горячая и уже готовая. Я не теряю ни минуты.

Я снова откидываюсь на колени, пожирая её взглядом. Она опирается на локти, светлые волосы струятся по плечам, как золотые ленты. Белое кружево лифчика контрастирует с её загорелой кожей, живот вздрагивает в такт дыханию. Трусики всё ещё спущены, зацепились за её бёдра.

Я тянусь к ним, снова цепляя большими пальцами резинку с двух сторон, и стягиваю их до конца. Когда я снимаю их через её ботильоны, то следом стаскиваю и сами ботильоны, а потом наклоняюсь вперёд, хватаю её за бёдра и подтягиваю ближе к себе, пока её колени расходятся в стороны.

Блядь. Её горячая маленькая киска открыта передо мной целиком, влажная от возбуждения. У меня с губ срывается звериный стон, когда я наклоняюсь, грубо хватаю её за задницу и приподнимаю её бёдра, поднося её киску к своему рту.

Она судорожно вдыхает, когда я провожу языком по её щели, смакуя её вкус. Она на вкус как, блядь, мёд, нектар, самое сладкое, что я когда-либо пробовал. Я обвожу языком её клитор, прихватываю зубами набухшие губки её киски. Начинаю трахать её языком.

Брук вдавливает бёдра мне в лицо, и из её рта рвутся протяжные стоны, пока я пожираю её киску. Уже через пару минут она на самом краю оргазма — я чувствую, как напрягаются её бёдра по обе стороны моей головы, как под моими руками дрожит всё её тело. Я впиваюсь губами в её клитор, сильно втягивая его в рот, и её сносит за край, она кричит от удовольствия, пока тело выгибается у меня в руках.