Мои губы растягиваются в удивлённой ухмылке. — Да ладно. У тебя был дикий период?

— Ещё какой, — фыркает он. — Мне понадобилось встретить твою мать, чтобы остепениться и понять, что по-настоящему важно.

Я киваю, и улыбка сходит с моего лица. — Я скучаю по ней.

Отец плотно сжимает губы. — Я тоже. Каждый день.

Между нами повисает тишина, нарушаемая только шелестом листьев и звуками леса.

— Знаешь… — ворчит отец, нарушая молчание, — я не собираюсь учить тебя, как жить, но то, как Брук смотрела на тебя в тот день… твоя мать когда-то смотрела на меня точно так же. И будь я на твоём месте, я бы за неё держался.

Я не могу сдержать улыбку при одном упоминании Брук. Поднимаю руку и сжимаю пальцами напряжённый комок у основания шеи, медленно выдыхая. — Да, именно это я и собираюсь делать.

Он чуть кивает мне и хлопает по плечу. — Ну что, пойдём назад?

Я утвердительно хмыкаю, разворачиваюсь и иду обратно по тропе к комплексу. Отец идёт рядом, и впервые за долгое время молчание между нами не напряжённое, а спокойное. Будто мы наконец к чему-то пришли. Будто дальше всё будет лучше.

Хотелось бы сказать, что я дошёл до этого сам, но слишком многим я обязан Брук. После того как мне казалось, что я проспал целые годы, она меня разбудила, вернула к жизни. Она лучшее, что когда-либо со мной случалось, и мне нужно ей это сказать, показать.

Пока мы возвращаемся к комплексу, у меня в голове начинает складываться план — способ показать Брук, как много она для меня значит, и показать ей, что я хочу, чтобы наша связь длилась вечно. Остаётся только надеяться, что у меня получится.

ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ

Брук

Всю неделю Тео ведёт себя странно. С тех пор как его отец приехал в комплекс, они поговорили по душам и вроде бы наконец разобрались между собой, Тео стал тише, более закрытым.

Я стараюсь не паниковать. То, что он наконец в хороших отношениях с отцом и встал на путь к тому, чтобы стать альфой, — это же хорошо. Это не должно никак повлиять на наши отношения… да? Только вот до полной луны осталось всего несколько дней, и мне кажется, будто он отдаляется, а я схожу с ума под тяжестью этого срока, который давит на нас из-за закрепления истинной связи, — этот парень вообще собирается меня, блин, пометить или как?

Я пытаюсь не накручивать себя, но это куда проще сказать, чем сделать. Мы же сами сказали, что идём в это до конца, так почему теперь у меня вдруг ощущение, будто он сдаёт назад? Даже когда он утром спросил, можно ли забрать меня вечером куда-нибудь, его нервозность заставила меня почувствовать себя немного не в своей тарелке. Он очень расплывчато объяснил, почему не придёт сегодня днём в хаб, и я почти уверена, что он вообще весь день не появлялся в комплексе. Может, мне стоило бы внимательнее отнестись к его странному поведению? Он же ведь не собирается со мной расстаться… правда?

Я не спешу, собираясь. Если он и правда собирается это закончить, пусть хотя бы помучается, глядя на то, от чего отказывается. Я надеваю белое платье с глубоким вырезом, кожаную куртку и чёрные кожаные ботильоны. Завиваю волосы, чтобы они спадали на плечи мягкими волнами. Меняю очки на линзы и прокрашиваю ресницы несколькими слоями чёрной туши. Уже почти сумерки, когда Тео стучит в мою дверь, чтобы забрать меня, и по тому, как у него отвисает челюсть, когда я открываю, я понимаю, что с образом попала точно в цель.

Тео скользит взглядом по моему телу, и к тому моменту, когда его глаза поднимаются к моим, он уже почти истекает слюной. У меня внутри всё переворачивается, а колени становятся ватными, когда он пригвождает меня к месту своим голодным ореховым взглядом.

Никто не смотрит на меня так, как Тео.

А потом его руки уже на мне, его губы касаются моих, будто он физически не может находиться рядом, не прикасаясь, — и если честно, у меня ровно то же самое. Внизу живота вспыхивает огонь, когда его руки смыкаются на моей талии, и в этой хватке столько собственничества, столько власти. — Ты, блядь, просто потрясающая, — бормочет он мне в губы.

Мои щёки вспыхивают.

Он тоже выглядит хорошо. Очень хорошо. Этот парень умудряется превращать футболку и джинсы в высокую моду — то, как чёрная футболка натягивается на изгибах его широкой груди и плеч, просто выбивает из меня воздух.

Тео чуть отстраняется, всё ещё удерживая моё тело в своих руках. — Готова?

Я киваю, не в силах связать хоть что-то внятное, пока этот потрясающий мужчина держит меня вот так. Он до сих пор вызывает у меня бабочек в животе.