Женский вечер — давняя традиция вторников в Рэттлере, сколько себя помню. Таллула отмечает это событие дешевыми коктейлями с текилой за полцены.

Я прихожу не всегда. Наши дни начинаются рано — отец варит кофе уже к четырём утра, а вскоре после этого мы отправляемся на первую из множества встреч и вызовов, которые он получает.

К пяти вечера, когда приходит время ужина, я обычно валюсь с ног. Но сегодня моё либидо взяло верх над усталостью. Если я только работаю и сплю, то вряд ли смогу утолить свою тоску по страстному роману с ковбоем. К тому же, постоянное нахождение рядом с Уайаттом — он работает на ранчо Лаки Ривер, где отец заботится о стаде и лошадях — только подливает масла в огонь моего сексуального голода.

Отпивая маргариту, я наблюдаю, как Уайатт заставляет хохотать миловидную блондинку, одновременно угощая выпивкой ещё одну девушку — на этот раз рыжеволосую. В руке у него бутылка пива, на губах улыбка, а к нему подходит третья девушка. Судя по их реакции, они явно знакомы. Уайатт улыбается, шепчет ей что-то, отчего она заливается смехом, а потом заключает её в тесные, заигрывающие объятия — такие, от которых она встаёт на цыпочки, прижимаясь к нему всем телом.

Честно говоря, это неудивительно. Он высокий — метр восемьдесят восемь, с длинными ногами и такими рельефными грудными мышцами, что кастинг-директор Голливуда бы заплакал от восторга. А с моими метр шестьдесят мне приходится чуть ли не подпрыгивать, чтобы обнять его.

Женщина держит его в объятиях чуть дольше, чем следует, прежде чем отступить, но её рука всё ещё лежит на его груди, а его — на её талии.

Он говорит, она снова смеётся. Две другие терпеливо ждут, когда он вновь обратит на них внимание.

И, честно говоря, он всё перепутал. Это вовсе не я — Солнце. Это он — солнце, а мы все просто вращаемся вокруг него, ожидая своей очереди погреться в его тепле и внимании.

Я с восхищением наблюдаю, как он ловко включает третью девушку в беседу с первыми двумя. Теперь он что-то рассказывает, и все трое смеются. Блондинка шутливо шлёпает его по плечу, а он отвечает ей таким же игривым толчком локтя.

Этот мужчина — настоящий мастер.

Лёгкий, но не приторный. Напористый, но не пугающий. В его движениях чувствуется уверенность, а в манере общения — такое естественное очарование, что это просто убийственно привлекательно.

Сегодня Уайатт точно не останется один.

Я с трудом заставляю себя отвернуться, игнорируя неприятное чувство зависти от мысли, что он может увести кого-то из этих девушек домой.

К счастью, в этот момент в Рэттлер входит моя подруга Молли, а заодно и хозяйка Лаки Ривер, то есть человек, который платит зарплату моим родителям. Следом за ней идёт Кэш — её жених и старший брат Уайатта.

Как всегда, Молли выглядит сногсшибательно: на ней мини-юбка и ковбойские сапоги цвета металлик.

И как всегда, Кэш обнимает её за плечи, всем своим видом показывая, что она занята.

Я улыбаюсь и машу им. Даже не верится, что всего несколько месяцев назад эти двое не могли друг друга терпеть. Как же быстро всё меняется.

— Прости, что он пришёл, — с улыбкой говорит Молли, кивая в сторону Кэша. — Всё-таки женский вечер…

— Кто-то же должен следить, чтобы вас не беспокоили, — бурчит Кэш, но смотрит на неё с явной нежностью.

Сегодня днём, решив, что найду в себе силы выбраться в бар, я попросила Молли быть моей «боевой подругой». Она уже заполучила себе горячего ковбоя, так что явно знает, как это делается. Мы сильно сблизились за время моего пребывания дома, да и вообще, она всегда за любой движ.

— Думаю, Салли как раз за этим и пришла, Кэш, — Молли хитро наклоняет голову. — Чтобы её беспокоили горячие парни.

— Ну так я прослежу, чтобы это были подходящие горячие парни, — Кэш бросает взгляд на Уайатта и качает головой. — И уж точно не мой брат. С кем он там болтает?

Молли щурится.

— Не знаю. Наверное, это выбор дня.

— Скорее, часа, — бормочет Кэш.

Я натянуто улыбаюсь старшему брату Риверсов.

— Пожалуйста, скажи, что у тебя есть друзья, с которыми ты мог бы меня познакомить.

Молли отходит от Кэша и, обхватив меня за руку, оглядывает бар.

— Сегодня здесь есть несколько симпатичных.

— Эй, — говорит Кэш.

Молли только отмахивается.

— Ой, да брось. Мы оба знаем, что ты у нас самый симпатичный. Самый ворчливый тоже, но это уже детали.

И она не ошибается. Я люблю Кэша, правда, но он определённо много рычит.

С другой стороны, с тех пор как он и Молли начали встречаться, он стал почти… приятным. Ну, насколько это возможно для Кэша.

Вот что делает хороший секс. Любовь тоже, конечно. Но давайте не будем ставить телегу впереди лошади.

Мне нужно что-то настоящее, а не очередные фантазии, как бы грубо это ни звучало. Я должна воспользоваться тем, что вокруг столько красавцев с большими ладонями и ещё большими… сердцами.

Теперь у меня есть точная дата отъезда из Техаса, так что пора перестать тянуть резину.