— Я же говорила, что скучаю. Иногда, когда тоска по дому накатывает слишком сильно, я просто читаю об этом ради удовольствия.

— Чёрт, ты правда сильно скучаешь.

— Да. Очень.

— Но меньше, чем раньше, верно?

— Нет. — Я качаю головой. — Больше.

Уайатт сузил глаза. Он молчит, аккуратно придерживая Эллу, пока та жует батончик гранолы, которую ей дал Сойер.

— Ну, — наконец говорит он, — со временем станет легче.

Вот только в этом-то и дело.

Я не думаю, что станет. Я всегда буду скучать по таким дням. По времени, проведённому с самыми дорогими мне людьми. В самом дорогом мне месте. Я всегда буду скучать по Уайатту. И после того, что сказал Сойер…

Я начинаю задумываться.

А вдруг Уайатт будет скучать по мне тоже?

Глава 15

Уайатт

ВЕСЕЛО ПРОВЕСТИ ВРЕМЯ С ЛАССО

Мы возвращаемся в Новый дом, разогреваем обед, который Пэтси оставила в холодильнике. Она не работает по выходным, но по пятницам забивает наш холодильник и кладовую едой, которой должно хватить до понедельника.

Салли, Сойер, Элла, Дюк, Райдер и я набрасываемся на копчёную грудинку, капустный салат и домашние макароны с сыром, как стая голодных гиен.

Когда я доедаю, откидываюсь назад и наблюдаю, как Салли болтает с моими братьями обо всём и ни о чём — о том, как она гениально блефовала в покере прошлой ночью, о подготовке к предстоящему отёлу в январе, о той серии Парков и зон отдыха, на которой мы надрывали животы от смеха.

Мне нравится, что она здесь.

Мне нравится, как мы слаженно работаем с скотом.

Мне нравится, какая она заботливая с моей племянницей — отдаёт Элле свой кусок знаменитого техасского пирога Пэтси, когда та, расправившись со своим, умудряется уложить его в три огромных укуса. А потом Салли помогает Сойеру вытереть её. Мы смеёмся, когда на это уходит чуть ли не половина упаковки детских влажных салфеток.

Мне нравится, как её задница смотрится в этих чёртовых джинсах.

Помогла ли ей поездка успокоиться? Выглядит расслабленной.

Она ведь сама говорила, что хочет научиться лучше очищать голову от мыслей. А самый надёжный способ добиться этого — заставить её тело заговорить, верно? Смотреть, как она держится в седле, как плавно двигаются её бёдра, когда мы отгоняем скот, как ветер теребит её волосы — это была самая большая пытка в мире.

Я устал ждать.

До сих пор не верится, что это вообще происходит. Всё, о чём я фантазировал почти двадцать лет, вот-вот станет реальностью.

У меня руки трясутся, чёрт возьми.

Мы прибираемся после обеда. Сойер уходит к себе, чтобы уложить Эллу на дневной сон, а Дюк и Райдер отправляются в город, в магазин кормов.

Остаёмся только я и Салли, в просторной, наполненной тишиной кухне Нового дома.

Закрываю посудомоечную машину, выпрямляюсь. Вытираю руки о полотенце и наблюдаю, как Салли задвигает стулья к большому деревенскому столу, за которым мы ели.

Я вешаю полотенце на край мойки.

— Ну…

— Ну… — Салли убирает прядь волос за ухо. Она выглядит потрёпанной ветром, с чуть покрасневшим от солнца носом. — Мне, наверное, пора.

— Я хочу, чтобы ты посмотрела одну лошадь. Кажется, у неё начинаются колики.

— О. Хорошо. Да, когда холодает, они иногда пьют недостаточно воды. Я схвачу стетоскоп. Встретимся в конюшне?

— Да.

Пока иду через двор, думаю, не заскочить ли на вездеходе к себе за презервативами. Я хочу трахнуть Салли так сильно, что у меня зубы сводит.

Но я ещё и хочу не торопиться. Помучить её немного, чтобы, когда дело дойдёт до секса, она была на грани. Если у меня в кармане будут презервативы, этого не произойдёт. А если их не будет — придётся сбавить темп.

Это хорошо. Наверное.

Я надеюсь.

Я просто хочу доставить ей удовольствие, вот и всё. Её ведь даже нормально не целовали. До прошлой ночи, во всяком случае. Интересно, какой ад ей пришлось пережить в прошлый раз, когда кто-то трогал её пальцами или языком.

Да, презервативы нам сегодня не понадобятся.

А вот верёвка? Это может быть интересно. Разве чтобы достичь той самой трансцендентности, не нужно сначала хорошенько повеселиться?

Я тороплюсь в конюшню. К счастью, там никого. И вряд ли кто-то появится. В субботу после обеда здесь обычно тихо.

И тепло.

Я чувствую, как внутри всё напряжено. Сердце стучит, кожа горячая, пока я беру моток верёвки в снаряженке.

Колеблюсь. Это её отпугнёт?

Нет. Судя по тому, насколько она была увлечена прошлой ночью, Салли понравится, если её оргазм будет с элементами игры. Она храбрее, чем все думают.

Я внимательно изучаю её.

Я встаю за открытой дверью, чтобы Салли не увидела меня, когда войдёт. Прислоняюсь спиной к стене, готовлю лассо. Провожу кончиком пальца по гладкой, почти как хлыст, текстуре верёвки. Её привычность немного успокаивает.