— Давайте быстренько проверим.

Дюк сворачивает вниз по склону в небольшую долину, где расположены загон и конюшня.

В животе всё сжимается, когда я вижу, что боковая дверь конюшни распахнута настежь. Я ставлю машину на ручник и тут же хватаюсь за винтовку под сиденьем.

Перевожу взгляд на Дюка и коротко киваю.

Мы синхронно открываем двери. Выбираемся на холод, и я беру инициативу, закидывая винтовку на плечо.

Сердце бешено колотится.

Что-то здесь не так. Я это чувствую.

— Эй! — кричу я, осторожно снимая винтовку с предохранителя, чтобы не было лишнего шума. — Кто там?

Ответа нет.

— Мы заходим, — добавляет Райдер. — И мы вооружены.

Мы обходим угол конюшни. Прижимая щеку к прикладу винтовки, я двигаюсь ровно и плавно, входя в открытую дверь.

В тени кто-то двигается, ослеплённый верхним светом. Палец остаётся на спусковом крючке.

— Выходи, — говорю я. — Немедленно.

У меня чуть сердце не останавливается от облегчения, когда из темноты выходит Джон Би. Я тут же ставлю винтовку на предохранитель и опускаю её, с шумом выдыхая.

— Чёрт возьми, Джон. Почему ты не…

Но прежде чем я успеваю договорить, он выхватывает оружие у меня из рук с такой скоростью, какой я от него и не ожидал в его-то возрасте. Поднимает его, направляя ствол прямо мне в грудь.

— Как раз тебя я и искал.

Я настолько ошеломлён — это же вообще не в его характере, — что мозгу требуется мгновение, чтобы осознать происходящее.

Во-первых, Джон Би кладёт палец на спусковой крючок.

Во-вторых, зажмуривает левый глаз, целясь мне прямо в сердце. Снял ли он предохранитель? Сердце бьётся так бешено, что я мог пропустить характерный щелчок. А света здесь недостаточно, чтобы разглядеть.

В-третьих, Джон говорит:

— Скажи мне, что ты не нарушил своего обещания.

У меня в ушах грохочет кровь.

— Что?

Я обмениваюсь взглядами с Дюком и Сойером. Никто из нас не понимает, что, чёрт возьми, происходит. Мы остаёмся на месте, мои братья стоят за моим левым плечом.

Смогли бы мы обезвредить Джона, прежде чем он нажмёт на спуск? Он уже не молод, но вырос в деревне. Получил первую винтовку в пять лет и, по слухам, уже в шесть стал отличным стрелком.

Мы не раз охотились вместе, и я точно знаю: если он поднимает оружие, то не ради шутки. Если он выстрелит, то не промахнётся.

Я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть, включён ли предохранитель. Всё равно не видно.

— Ты обещал мне, что не оставишь её в Техасе, — говорит Джон Би. — А теперь врёшь мне в лицо.

Что за чёрт?

— Я тебе не врал, — медленно отвечаю я. — Салли всё ещё собирается в Нью-Йорк.

Джон Би усмехается, низко, зловеще.

— Брось уже. Она только что мне сказала.

— Сказала что?

— Прекрати врать, Уайатт, или, клянусь Богом…

— Джон, пожалуйста, — Дюк делает шаг вперёд, подняв ладони. — Давай все успокоимся, хорошо? Думаю, тут какое-то недоразумение…

— Тут определённо какое-то недоразумение, — говорю я, чувствуя, как к страху в крови примешивается злость. — Потому что я вообще не понимаю, о чём ты говоришь.

На мгновение в глазах Джона мелькает сомнение.

— Салли не сказала тебе, что не берёт работу в Университете Итаки?

У меня в голове будто взрывается граната. Сердце гулко ударяется в рёбра, выбивая дыхание.

Салли отказалась от работы? С каких пор? Почему? И как я могу одновременно ощущать такое облегчение и такой страх?

И тут я вспоминаю, как загадочно она говорила, что хочет остаться в Хартсвилле. Но она ни слова не сказала о том, что собирается отказаться от работы.

Я чувствую, как на меня смотрят Дюк и Райдер.

— Нет, она мне не говорила, — выдавливаю я.

Джон медлит, его палец сползает со спускового крючка. Я вижу, как он пытается сложить всё в единую картину.

— Я могу доказать это, — говорю я и опускаю руку к молнии куртки.

Джон тут же снова кладёт палец на спусковой крючок.

— Держи руки так, чтобы я их видел.

— Джон…

— Я сказал, лучше послушайся. — Он приближается, держа винтовку наготове.

Я отступаю, подняв ладони.

— Я бы никогда не позволил Салли отказаться от работы ради меня, — говорю я, насколько возможно ровным голосом. — Ты же знаешь меня. Я люблю её больше, чем могу выразить словами, но я бы никогда… Ты знаешь, что я бы никогда её об этом не просил. Я человек слова, Джон. Дай мне доказать это.

— Мы все можем это доказать, — вмешивается Райдер. — Просто дай нам минуту. Секунду.

Но Джон продолжает двигаться вперёд, а мы отступаем, пока не оказываемся снаружи, на тропинке между загоном и конюшней.

Краем глаза я замечаю вспышку света. Поворачиваю голову.

Форд Кэша.

И в тот же момент слышу крик.

Салли.

Моей Салли.