Я же мысленно выдохнул. Конечно, я бы нашёл, чем отболтаться, зайди речь о предмете, обещанном Дайнину, и вскройся, что не было никакого предмета, а просил тот только покуражиться над жертвой, но всё равно это было близко. В следующий раз надо будет планировать враньё более тщательно…

– Ты был прав, Нальфейн, – величественно откинувшись на спинку трона, обронила Верховная Мать. – А теперь я хочу услышать ваши мнения о том, как нам избавиться от Альтона Де Вира, спрятавшегося за стенами Сорцере, – велела она, обращаясь уже ко всем старшим членам Дома.

– Если позволишь, Верховная Мать, я уже думал об этом, – видя, что никто не спешит говорить, решаю вновь привлечь к себе внимание.

– Говори, сын. Что ты придумал? – благосклонно поощрив меня улыбкой, дозволила Мэлис.

– Если уж наш враг не спешит нас обвинять перед правящим советом, то это может означать только то, что ни он, ни его спаситель не знают о том, какой именно Дом уничтожил Де Вир. А раз так, то почему бы нам… не подсказать им?..

Глава 3

Сорцере. Личные покои Джелруса Ган'етта. Неделю спустя.

Альтон нервно вышагивал по первому помещению в своих четырёхкомнатных покоях, не в силах побороть терзавшее его нервное напряжение. Только он, казалось, вжился в роль Безликого, даже смог убедительно провести две обязательные лекции для учеников, отказаться от которых не мог, несмотря на весь нелюдимый и затворнический образ жизни своего несостоявшегося убийцы, как случилась новая напасть — с ним пожелал встретиться Нальфейн До'Урден — Первый сын и Старший маг Дома До'Урден, теперь уже Девятого Дома Мензоберранзана. И Альтон порядком волновался по поводу того, чем мог быть вызван визит именно этого посетителя. Он совершенно ничего не знал о Нальфейне, и помогавший ему вжиться в роль Безликого Мазой тоже ничем не мог помочь. Он четыре года состоял при Безликом личным учеником, который ещё не достиг нужного возраста для официального поступления в Сорцере, но хоть тот и взял юного Ган'етта к себе, он не посвящал его в свои дела с другими магами. И теперь Альтону предстоял, может быть, самый сложный экзамен с того момента, как его лицо изуродовала кислота, — разговор с тем, кто, возможно, хорошо знал Безликого и имел с ним какие-то дела, о сути которых Де Виру было ничего не известно, чего ни в коем случае нельзя показать.

Удар молотка в каменную дверь внешней комнаты предупредил Альтона, что гость прибыл. Пригладив руками мантию, он ещё раз оглядел кабинет, остановив взгляд на Мазое, который делал вид, что разбирает ингредиенты на отдельном ученическом столе. Эту уловку они с Ган'еттом придумали специально — какие бы дела ни связывали гостя с Безликим, при студенте тот будет вынужден выбирать слова и не удивится расплывчатым формулировкам самого Альтона, что даст лишний шанс избежать раскрытия.

Выждав несколько секунд, но так и не дождавшись, когда замешкавшийся Альтон откроет дверь, гость сам её распахнул, бесстрашно входя в помещение. Можно было только удивляться, как легко, даже не вздрогнув, он перестроил зрение, покинув полную тьму коридора и войдя в кабинет Безликого, где горела свеча. Хотя, – напомнил себе Альтон, – такие свечи могли быть обычным делом в личных покоях Первого сына Дома До'Урден. И эта мысль вновь напомнила ему, что перед ним взрослый и опытный маг, возможно, даже более могущественный, чем был Безликий, прячущий свой жалкий облик в стенах Сорцере.

Нальфейн До'Урден оказался высоким, изящным, но хорошо сложенным дроу, с глубоко посаженными глазами, выделяющимися надбровными дугами и волевым лицом, который явно не пренебрегал своей физической формой, хотя и носил мантию мага. На его видимом под распахнутым плащом-балахоном поясе в специальных креплениях можно было заметить две нарочито демонстрируемые волшебные палочки, голову с зачёсанными назад волосами покрывал фиолетовый капюшон, а кисти рук были затянуты в перчатки, скрывающие неизвестное количество магических колец. Даже на первый взгляд он внушал гораздо большие уважение и чувство опасности, чем Безликий, хотя последнего Альтон видел в ярости.

– Рад видеть тебя в добром здравии, Джелрус, – весело и непринуждённо начал гость, пробегаясь взглядом по его лицу, ещё до того, как Де Вир что-то успел сказать. – Ещё не надумал заказать себе маску? Я не устану утверждать, что, заказав ювелирам достойную личину, ты сразу решишь кучу своих проблем. К тому же маску можно зачаровать на что-то полезное, и наносить под неё целебные составы очень удобно — ничто не высохнет и не выветрится, полностью впитавшись в кожу. Не понимаю, почему ты отказываешься это делать.

Речь гостя заставила Альтона стремительно покрыться холодным потом — по всей видимости, Нальфейн был очень хорошо знаком с Безликим. А Джелрус… это имя Безликого? Де Виру пришлось поспешно изобразить приступ кашля, чтобы скрыть своё удивление и реакцию.

– О, так это и есть твой младший брат? – не обратив внимания на попытки Альтона прийти в себя, как ни в чём не бывало продолжил До'Урден, обнаружив взглядом Ган'етта за ученическим столом. – Мазой Ган'етт, я ведь прав? – напрямую обратился он к юному принцу Пятого Дома.