И тут он срывается: прижимает меня к стене и целует так, что у меня подгибаются колени. Его ладони на моей пояснице, на бедрах, он близко-близко, и я плавлюсь.

— Медленно, — выдыхаю я ему в губы.

Он отстраняется, мы упираемся лбами друг в друга, дышим тяжело. Между нами искры.

Я почти сдаюсь. Почти тяну его обратно наверх.

— У тебя есть две недели, — тихо говорит он и целует меня мягко. — А потом ты моя.

Я киваю, пытаясь выровнять дыхание.

Илья смотрит на меня еще секунду.

— Пока, — говорит он.

Дверь закрывается. Я приваливаюсь к ней спиной и пытаюсь прийти в себя.

Это… сейчас правда было?

В животе бабочками порхает радость, дурная, девчачья, совершенно не к месту.

Две недели, чтобы привести себя в порядок, сделать все «как надо» и каким-то чудом стать еще красивее. Я улыбаюсь как идиотка. Да легко!

Пинки, привет.

Как ты?

Как день?

Я улыбаюсь и печатаю ответ. Прошло три дня с тех пор, как я видела Илью, а «Эдик» пишет постоянно. И с каждым его сообщением моя вина растет. Илья доверяет мне, а я вру ему в лицо, пусть даже в переписке. Я хочу сказать правду, но все не было подходящего момента.

И это странно: я знаю, что это один человек, но ощущение, будто их двое. Илья сильный, упрямый, опасный. А Эдик мягкий, глубокий, теплый.

Илья мне не пишет вообще. А мы с Эдиком не флиртуем — просто болтаем. По-настоящему.

Привет, Эдик. День хороший: зал, потом пробежалась по магазинам — почти все купила к празднику. Осталось только найти подарок брату. А ты что делал?

Думал о Кате весь день.

У меня замирает сердце.

Тебя накрыло.

Похоже…

Я думаю секунду и пишу:

А что тебе в ней нравится?

Не знаю. Но я хочу узнать.

Я подпираю щеку ладонью и улыбаюсь в монитор. Я тоже хочу узнать.

Осталось одиннадцать дней.

Новогодняя музыка гудит по квартире, и Даниил наливает себе в бокал.

— Ну все, солнце, почти закончили, — говорит он. — Подарки упакованы, еда готова. Завтра утром только «шубу» соберешь — и можно считать, что ты спасена.

Я поднимаю бокал, он чокается со мной.

— Спасибо. Без тебя я бы не справилась.

— Пожалуйста. Ты точно не поедешь сегодня со мной к родителям?

— Нет. Мне нормально и тут. Честно.

Он хмурится.

— Мне не нравится, что ты будешь одна в канун Нового года.

— Я завтра с утра в зал и спать лягу пораньше. Быть хозяйкой на первое января — это ад.

Раздается звонок в дверь. Даня смотрит на меня.

— Ты кого-то ждешь?

— Нет.

Я открываю дверь — курьер держит огромную корзину розовых цветов. Там все оттенки: от пудрового до почти белого.

— Катя Лаврова?

— Да.

— Вам доставка. Распишитесь вот здесь.

Я кое-как забираю корзину, закрываю дверь и ставлю ее на стол.

— Вау! — шепчу я, трогая лепестки. — Красота какая!

Даниил моментально напрягается.

— От кого?

Я беру маленький белый конверт и открываю.

Катя, с наступающим.

Илья

Целую

— О… — у меня рот открывается. — Тут еще… поцелуй в конце.

— От кого? — давит Даниил.

Я протягиваю карточку. Он читает и поднимает на меня глаза.

— Илья… Мельников?

Я улыбаюсь, сама не понимаю почему.

Глаза Дани округляются.

— Мельников тебе цветы прислал?!

Я забираю карточку обратно.

— Он просто… вежливый. И все.

— Ты издеваешься? — он хватает меня за плечи. — Катя, что происходит?

— Ничего.

Я тащу корзину наверх, Даниил идет следом, как охрана президента.

— Между вами что-то было?

— Нет.

— Да ладно, — он фыркает. — Не ври мне.

— Он сказал, что я ему нравлюсь. Все.

— И ты мне не рассказала?!

— Я не знала, серьезно он или нет.

Я ставлю цветы на туалетный столик и улыбаюсь.

— Судя по корзине на триста роз, серьезно, — бурчит Даниил. — Позвони ему. Скажи спасибо. Прямо сейчас.

Я смеюсь.

— Он в Питере, придурок.

— Он в Питере и шлет тебе цветы в Москву?! — Даниил почти визжит. — О-о… его конкретно накрыло.

Он выхватывает открытку и читает вслух:

— «Катя, с наступающим. Илья. Целую». Ну привет, богатый мальчик. Хоть бы написал что-то человеческое, а не как в рассылке.

Я забираю открытку. Внутри все пульсирует.

— Я… позвоню ему вечером. Когда ты уйдешь.

— Я спущусь вниз, — торжественно говорит Даня. — Но знай: я горжусь тобой.

Восемь вечера. Я хожу по комнате с телефоном в руке. Надо позвонить. Я нервничаю так, будто сейчас сдаю экзамен. Илья однажды звонил мне много лет назад по работе, я сохранила номер, чтобы никогда не брать трубку, если вдруг он еще раз позвонит. И вот теперь я сама набираю его.

Что сказать? «Спасибо за цветы» — и все? А дальше что? Я закрываю глаза. Ладно. Просто сделаю это.

Палец зависает над именем… и я нажимаю «вызов». Гудки. Пожалуйста, будь занят.

— Алло, — отвечает Илья низким голосом.

У меня внутри все сжимается.