— Да-да, герой, — Юра хлопает его по плечу. — Схема стандартная: Катя говорит, мы киваем.

Трусишки. Прекрасно! Именно этого мне и не хватало.

Через полчаса мы поднимаемся на верхний этаж. В приемной улыбается Марина.

— Привет! Проходите, он вас ждет.

Мы снова переглядываемся.

— Шикарно, — выдавливаю улыбку, расправляю плечи и иду внутрь, заранее готовясь к удару.

Мельников слабым не бывает. И это проблема.

Стас стучит.

— Войдите, — раздается низкий голос.

— Ну все, — шепчет Юра.

Я еле сдерживаю улыбку. Смешно, насколько пацаны его боятся.

Мы заходим. Илья сидит за столом. Откинулся на спинку кресла, подбородок чуть поднят — поза, которую я хорошо знаю. Он не просто злой. Он в бешенстве.

— Вызывали? — спрашиваю я.

Он показывает ручкой на переговорный стол.

— Сядем там.

Я выдыхаю. Ненавижу этот стол.

Он встает, одним движением расстегивает пиджак, снимает и кидает на спинку кресла. Темно-синий костюм, белая рубашка… и все сидит идеально.

Да, спасибо. Именно то, что мне сейчас надо видеть. Волосы падают ему на лоб, глаза — ярко-синие. Было бы сильно легче, если бы он хотя бы иногда выглядел похуже.

— Разговор про отключение системы на прошлой неделе. — Он хлопает по столу распечатанным отчетом.

Фантазии о моем красивом начальнике как ветром сдуло. Соберись.

— Я так и думала, — бурчу я.

— Объясните, — говорит он.

Я открываю рот…

— Не ты. Юра, — отрезает он.

Юра и Стас нервно переглядываются.

— Мы загружали новую систему в админку… и, чтобы ее подключить, нужно было прописать новый код в шлюзе доступа…

Илья слушает, держа ручку в пальцах.

— Мы не учли, что этот код перезапишет настройки на весь офис. И система упадет по всему зданию.

Илья смотрит на Юру спокойно, почти безэмоционально.

— Почему не учли?

Юра пожимает плечами.

— Разве не за это вам платят? — голос Ильи ледяной. — Чтобы айтишники видели катастрофу до того, как она случится?

Юра делает попытку что-то сказать, потом закрывает рот. Взгляд мечется ко мне, ища поддержки. Я улыбаюсь в ответ: держись.

— Не смотри на Катю. Смотри на меня. Кто конкретно из вас троих загружал систему?

— Я согласовала, — отвечаю я.

— Я не это спросил. — Его голос резко становится жестким. — Кто загрузил?

Ну, конечно.

— Я, — почти шепчет Стас.

Илья резко откидывается на спинку и прожигает Стаса взглядом.

— Скажи мне, Стас… сколько сотрудников «Мельников Медиа» работает в этом здании?

Стас сглатывает.

— Около двух тысяч, Илья Сергеевич.

— Две тысячи сто семьдесят один, — отрезает Илья. — А теперь подумай, сколько стоит час работы такого количества людей?

Стас начинает потеть.

— Илья Сергеевич, при всем уважении… — начинаю я.

— Катя. Не. Перебивай. — Илья повышает голос так, что мы все сжимаемся. — Только по этому зданию — семь миллионов четыреста девяносто тысяч рублей в час. — Он стучит ручкой по столу. — Умножим на три часа без компьютера.

Мы молчим. Мне хочется провалиться сквозь землю.

— Двадцать два миллиона четыреста семьдесят тысяч, — произносит он и смотрит на нас троих. — Хотите, чтобы я вычел это из вашей зарплаты?

Тишина.

— Отвечайте! — рявкает он.

— Нет, — вразнобой говорим мы.

Он встает, опирается руками на стол и наклоняется к нам.

— А вот из моей вы уже вычли! — рычит он. — Почему я прямо сейчас не должен разорвать с вами контракты?

Он просто невозможен. Я начинаю злиться.

— Отлично! Разорвите мой контракт.

Илья щурится, и видно — у него внутри уже все горит.

— Конечно, тебе бы это понравилось, да? Сбежать от косяка, вместо того чтобы отвечать за него. — Илья выдыхает, взгляд тяжелый. — Было глупо ожидать от тебя чего-то другого.

Я закатываю глаза.

— Только попробуй еще раз так сделать! — рявкает он, и мы вздрагиваем.

Дверь приоткрывается, в кабинет заглядывает Кирилл.

— Илья, можно тебя на минуту? — он натягивает улыбку.

— Я занят.

— Сейчас! — Кирилл делает глаза шире.

Илья резко выходит. Дверь закрывается.

Стас и Юра буквально оседают на стульях.

— Даже не думай увольняться, — шепчет Юра.

— Поддерживаю, — кивает Стас.

— Да пошло оно все! — шепчу я. — Мне надоело. Он ведет себя как… как будто мы не люди.

— Он такой всегда, — шепчет Юра. — Почему тебя это задевает именно сейчас?

Потому что раньше он не лез мне под кожу.

— Он же миллионы зарабатывает, — ворчит Стас. — Ему эти двадцать два как чаевые.

Дверь снова открывается. Илья входит и садится, спокойный, собранный, будто вообще ничего не было.

Кирилл — единственный человек, который умеет его «перезагрузить». Я видела это не раз.

Илья берет ручку.

— Такого больше не повторится. Я ясно выразился?

— Да, — отвечаем мы втроем.