— Лана, ты понимаешь, на что подписываешься? — тихо и серьезно спросил юноша, — Это ведь не безопасная прогулка. Будет мясорубка. Хуже, чем на островах.

Он осекся, обожжённый ледяным взглядом девушки. Казалось, Лана уже готовится сражаться, — но не с Халифатом, а с теми, кто попытается удержать её.

— Я все прекрасно понимаю, Кили. Хватит считать меня фарфоровой куклой, у которой ножки отвалятся, если она сделает сама хоть один шаг!

Последнее она произнесла неприятным издевательски-передразнивающим голосом. Несмотря на кажущуюся решимость, она боялась, — и страх сей прятала за насмешкой.

— Я не считаю тебя куклой, — спокойно ответил чародей, — Но пойми ты, что это большой риск. Риск, который тебе вовсе необязательно брать на себя.

Учёный не понимал, из-за чего она так разозлилась, но чувствовал, что говорит не то и не так.

«А можно я лучше ещё один флот потоплю?» — мелькнула малодушная мысль.

— А ты сам? — фыркнула Лана, — Ты ведь не военный. Ты тоже не обязан в этом участвовать. Но все же ты участвуешь. Так какое право ты имеешь отговаривать меня?

— Ну, во-первых, как бы сексистски это ни звучало, но я мужчина… — начал было Килиан, но под скептическим взглядом чародейки замолчал.

Нет, для него это было важным фактором. Мужчина в его понимании должен был быть всегда готов постоять и за себя, и за других. Для женщины это не только необязательно: если женщине потребовалось это делать, то это печально само по себе. Если женщине пришлось сражаться, это вина её мужчины, — в это верили идаволльцы. И Килиан был с ними согласен, хоть и вырос в Иллирии.

Однако также справедливо было и то, что к его нынешним мотивам это не имело никакого отношения. У него были совсем иные причины желать оказаться в числе тех, кто отправится в Гмундн.

Но об этих причинах он рассказать не мог.

— В любом случае, хоть я и не военный, но я готов стрелять во врага, — сказал учёный вместо этого, — А ты? Ты готова?

— А ты думаешь, стрелять во врага — это единственное, что потребуется в походе? — парировала девушка, — Как минимум…

— Может, вас оставить одних? — диссонирующе спокойно осведомился Нестор.

Лана осеклась, презрительно фыркнула и гордо вздернула нос. Кажется, мудрому старому магу удалось её смутить.

Обсуждение продолжалось ещё долго. Своевольная чародейка в буквальном смысле отвоевала себе право участвовать в походе на Гмундн. И хотя Тэрл в этом вопросе полностью поддерживал Килиана, в спор он предпочитал не встревать. Если чародейка желает сама рисковать своей жизнью, — что ж, пусть пользу приносит. Тем более что Нестор старик и не сможет идти достаточно быстро.

За утверждением состава отряда последовало обсуждение многих тонкостей организации и снабжения. В частности, Килиан уверил в своей возможности вооружить весь десантный отряд винтовками Дозакатных и фосфорными гранатами. Это была серьезная заявка на победу, но Тэрл не позволил себе очаровываться ею. Войну не выигрывает оружие.

Ее выигрывают солдаты.

Гораздо хуже было то, что никто не мог хотя бы примерно сказать, что может ожидать их в землях Порчи. Килиан лишь отметил, что на пустоши, о которых рассказывал народный фольклор, это будет похоже мало. Пустоши были там сразу после Заката, но за прошедшие тысячелетия многое могло измениться до неузнаваемости. Несомненно было то, что в тех местах обитает множество Тварей Порчи, — в том числе, вполне вероятно, и таких, каких никогда не видел никто из обитателей Полуострова. Кроме того, учёный рассказал, что несколько раз сталкивался в руинах с неживой охраной, созданной с помощью Дозакатных технологий и защищавшей древние города даже после смерти хозяев.

Ну, и о воинах халифата забывать не следовало. Хотя основной план предполагал, что их корабли не смогут проникнуть через линию обороны, гарантировать этого никто не мог. На войне глупо надеяться на лучшее.

Солнце давно уж зашло, когда все основные вопросы были решены, и Герцог распустил совет. Первой ушла Лана, следом за ней Амброус. Когда же Тэрл и Леандр остались одни, Герцог негромко спросил:

— Ты ведь понимаешь, что все не так просто?

— Просто никогда не бывает, — хмыкнул командующий гвардией, — Вы знаете что-то ещё об этом месте, не так ли?

— Немногое, — неохотно признался Леандр, — Очень, очень немногое.

— Вы знаете, что там хранится?

Этот вопрос беспокоил Тэрла давно. Они исходили из того, что черные не должны получить то, что ищут. Это вполне естественный ход мысли: если враг это ищет, значит, ему это нужно, а значит, получив это, он достигнет того или иного преимущества. Но незнание, как именно изменится ход войны, если они справятся, и как, если проиграют, сильно мешало формировать стратегию.

— Судя по тому, что рассказывал мне дед, это вообще не хранилище.