Перед обедом Килиан обычно отправлялся на тренировку: хотя при Университете Свободных Наук сложилась отличная школа классического фехтования, для настоящих сражений этого было мало. Смирившийся с необходимостью иметь дело с самоуверенным гражданским, Тэрл помогал ему наработать недостающие навыки. Гонял он его безжалостно, но ученый ни словом не возражал.

Ближе к вечеру он беседовал с бывшим рабом из народа ансарров, ныне находившимся на положении «почетного пленника», а затем — до глубокой ночи копался в старинных книгах и картах. В это время поговорить с ним удавалось особенно редко. Да и просто не посмела бы девушка отрывать кого-либо от столь важной работы.

В этот раз Лана и Кили пересеклись после тренировки. Белая рубашка юноши промокла от пота и липла к телу, обрисовывая мышцы и наглядно демонстрируя, что несмотря на общую худобу, учёный был телом отнюдь не слаб. Сама Лана была тоже в белом: на ней было длинное повседневное платье без украшений. Достаточно простое по покрою, оно идеально на ней сидело: к таким вещам девушка всегда была крайне придирчива.

— Привет, — неловко улыбнулся Килиан.

Над этим Лана работала очень долго. До знакомства с ней учёный откровенно презирал те слова, которые, как он выражался, «говорят не чтобы что-то сказать». Проявления вежливости, если по-простому. Он мог поздороваться, попрощаться и поблагодарить, когда этого требовал протокол, но в остальных случаях старался этого избежать, максимум кивал. А Лане такое поведение казалось пренебрежительным, и со временем и Кили это понял.

— Привет. Как дела?

— Нормально.

А вот с этим успехи были крайне скромными. Несмотря на все ее усилия, дать осмысленный ответ на вопрос «как дела» Килиан так и не мог. Он всегда отделывался дежурным «нормально». Причем независимо оттого, было ли у него на самом деле все нормально или нет. Лишь однажды, когда он бился над вопросом, почему в координатах Гмундн «неправильное» количество цифр, чародей признался, что просто не хочет «ныть и жаловаться». Лана тогда серьезно так разозлилась — не на него самого, а на всех тех, кто привил ему идею, что поделиться проблемой — значит, непременно ныть. Что нельзя просто рассказать другу, что на душе. Но в силу отсутствия в зоне досягаемости этих загадочных людей тем, кому пришлось выслушивать её неудовольствие, стал Кили. И не сказать чтобы это прибавило его поведению хоть немного открытости.

— Есть у тебя планы на сегодня? — традиционно спросила Иоланта.

Не теряя надежды, что её усилия дадут плоды.

— Пока нет… Но скоро будут, — ответил юноша, — Ты тоже не планируй ничего.

И только она успела заинтересоваться, все испортил:

— Сегодня нас вызовет Герцог.

— Что-то важное? — довольно кисло осведомилась чародейка.

За последнее время она окончательно поняла, что политику не любит совершенно.

— Очень. Мне наконец-то удалось продвинуться в своих поисках. Я знаю, где находится Гмундн!

Выражение лица у чародея при этом было — точь-в-точь щенок, принесший мячик и ждущий, когда его назовут хорошим мальчиком и погладят по голове. Ничего из этого Лана, естественно, делать не стала. Но восхитилась вполне искренне.

— Здорово! Тебе удалось разобраться, почему там столько цифр?

— Удалось. В закоулках библиотеки я обнаружил старинную карту, где используется немного другая запись координат. Там на четыре цифры больше; такая запись считается более точной и используется для указания на сравнительно небольшие объекты… Кстати, спасибо что напомнила.

Подбежав к своей сумке, учёный стал что-то искать. Лана с любопытством заглядывала ему через плечо. Она уже знала, что там находятся порой самые неожиданные вещи, — хотя бы уже потому что чародей неустанно посещал лавки и рынки в поисках материалов, которые можно было в нужный момент преобразовать для получения энергии. А материалы могли иметь самую разную форму; например, местный ювелир уже хорошо знал, что этот странный юноша покупает без разбора украшения из свинца.

И при этом традиционно женским искусством, храня в сумке массу вещей, поддерживать там идеальный порядок Килиан не обладал и, кажется, не интересовался. Так что поиски нужной вещи грозились затянуться.

— Может быть, сначала скажешь, что ищешь?.. — начала было Лана, но тут Килиан воскликнул:

— Уже нашел!

Учёный извлёк из сумки золотую цепочку, на которой красовался крупный кулон с янтарем. Имевший форму капли, он слегка отливал красным.

— Вот, возьми. Это…

Килиан смущенно спрятал глаза.

— Это тебе, в общем.

— Спасибо…

Слова благодарности прозвучали немного растерянно: насколько Лана успела узнать Килиана, он совершенно не был похож на того, кто вдруг решит подарить ей украшение. Когда же она осторожно взяла в руку медальон, то знакомая колдовская сила откликнулась на её прикосновение. Энергии хаоса, которыми пользовался Килиан, кружились вихрем вокруг капли крови, заключенной внутри.

— Это какой-то магический артефакт? — спросила девушка.

— Не совсем, — поправил учёный, — Технически, это своего рода «якорь» для наложенного мной заклятья контроля вероятностей.

— И что же делает твое заклятье? — подозрительно осведомилась девушка.