Киллиан же даже окликать помощницу не собирался, поднимаясь по ступеням дальше. Судя по задумчивому выражению лица, разговор с Уэстбери его сильно озадачил, и мысли Лэйка были предельно далеко от просторных коридоров, выстланных все тем же алым ковром, и от Пейдж тем более. Она покорно тащилась за ним, пока он не остановился у одной из одинаковых дверей благородного красного дерева и не вытащил из кармана ключ.

– Запоминайте дорогу, мисс Эванс. Это ваше основное место обитания на ближайший год, – буркнул Киллиан, входя в кабинет и открывая ее взгляду вид на свое рабочее пространство.

«Невероятный порядок», – первое, что подумала Пейдж, оглядевшись в вытянутой прямоугольной комнате, отделанной ореховыми панелями. Ни пылинки на двух больших незанавешенных окнах, ни единого растения, ни какой-либо статуэтки или небрежно кинутой вещи. С одного торца кабинет венчался массивным столом, на котором ровными стопками лежали бумажные папки с документами. В круглой карандашнице торчали кончики ручек, рядом же пристроилась чернильница и гусиное перо с красным наконечником: явно для подписи официальных бумаг. Позади стола расположился двустворчатый шкаф, а мягкое, обитое жаккардом кресло было продавленным даже на вид, словно олицетворяя количество рабочих часов коронного обвинителя.

Дальше вдоль стен под самый потолок шли забитые папками с торчащими алфавитными обозначениями стеллажи. И прямо напротив хозяйского места, у входа, пристроился более скромный письменный столик помощника с деревянным стулом и печатной машинкой.

– Располагайтесь, – сухо кивнул Киллиан, снимая пальто. Повесив его на крючок у двери, он прошел к своему креслу и явно не без удовольствия присел, не сдержав усталого выдоха. – Папка с материалами по сегодняшнему процессу у меня на столе, у вас не больше часа до начала заседания. После него обед, это в столовой на первом этаже – служащим платить там не нужно. Личный пропуск в здание с моей печатью выпишу вам после суда. Что там еще… Уборная прямо по коридору и налево, если захотите привести себя в порядок. После обеда будете переносить все ночные записи в протокол. А, и учить полицейские коды, перечень с ними найдете на стеллаже под буквой «К». И постарайтесь мне не докучать, я должен подготовиться к процессу.

– Хорошо, мистер Лэйк, – смиренно отозвалась Пейдж, по его примеру избавившись от пальто, и прошла на указанное ей место.

Сев и положив на стол блокнот, она невольно подняла взгляд и вдруг ощутила, как по предплечьям пронеслись колкие мурашки. Киллиан уже потерял к ней всяческий интерес, удобнее устроившись в кресле и нацепив на нос круглые очки. Подвинул к себе какой-то документ, с внимательным прищуром вчитываясь в строчки и одной рукой расстегивая пуговицы пиджака. Черная челка снова упала на лоб, и это показалось таким… привлекательным?

– Мисс Эванс, вы хотели что-то еще? Или у вас нет работы? – строго спросил Киллиан, ощутив на себе ее повышенное внимание, и взглянул на помощницу поверх очков своими невозможными глазами-углями.

На короткий миг Пейдж задохнулась: этот учительский укоризненный взор поверх линз и неудержимая властность в тоне что-то перевернули в животе, хотя в отсутствие завтрака переворачиваться там было решительно нечему. Она поерзала, чувствуя себя, как жук под увеличительным стеклом, потому что Киллиан все еще ждал ее ответа, не мигая изучая все сильнее краснеющую конопатую мордашку перед собой.

– Да, э-э… Я могу быть полезна чем-то еще? – наконец нашла она в себе силы нарушить этот странный зрительный контакт, от которого частил пульс.

– Раз уж сами предложили: принесите кофе. В столовой в столь ранний час вам его не предложат, нужно пройти на кухню и сварить самой. Справитесь?

– Конечно, мистер Лэйк.

– Чем крепче, тем лучше. Черный, без сахара.

Он вернул все внимание на документ, и только теперь Пейдж смогла выдохнуть. В целом с отведенной ей ролью она справилась неплохо.

На примыкающей к общей столовой кухне две дежурные поварихи совершенно не удивились, услышав, что новая помощница коронного обвинителя пришла сварить кофе. Только снисходительно поулыбались, предоставляя ей плиту, закопченную турку и банку с зернами, которые полагалось размолоть в ручной дробилке. Но Пейдж разобралась с этим легко и даже мимоходом выпила чашечку бодрящего напитка сама, прежде чем отнести господину. Впрочем, тот не поблагодарил, не отрываясь от вороха документов и залив в себя сразу половину чашки.