– Значит, буду справляться один – пока это существо не будет найдено и уничтожено. Это моя часть сделки. Теперь давай о твоей… Честно, я не в настроении подбирать слова и заикаться, скажу как есть: я ее люблю. Ты и так это знаешь, потому и пакостишь. Так вот, если я найду и убью твою каракатицу, ты перестанешь нам мешать. Это не значит, что мы с ней обязательно будем вместе, ты и сам прекрасно видел, что мы способны подгадить себе сами. Но если она захочет… Если мы решим быть вместе, ты просто не будешь больше в это лезть. Это твоя часть сделки. Подходит?

На сей раз Бо с ответом не спешил. Возможно, развлекался, осознавая, насколько мучительно ожидание для собеседника. А может, и правда раздумывал. Ни для кого ведь не секрет, что Андру он ненавидел – давно уже… с самого начала. Просто обычно он не мог ей отомстить, но как только в ее жизни появился Доминик, он нашел способ. Так что сейчас он всерьез размышлял, стоит ли отказываться от любимой игрушки ради победы над тем, до кого ему не дотянуться…

Но гордость все-таки победила, тут Андра была права. Бо, еще секунду назад бесконечно далекий, вдруг оказался прямо перед Домиником. Тьма от этого все равно никуда не исчезла, фигура не стала более четкой, она по-прежнему оставалась провалом в пространстве. Но Доминик и не ожидал, что перед ним вдруг окажется милый паренек с ямочками на щеках.

Куда большее значение имело то, что Безымянный кивнул и протянул ему руку, которую Доминик тут же с готовностью пожал. Сделка была заключена.

Доминик не заблуждался насчет собственного будущего, он прекрасно понимал: тот, кто привлек личное внимание Бо, по определению не может быть слабым. И вероятность погибнуть на этом задании куда выше, чем победить. Однако в награду ему предложили то единственное, что он считал невозможным – и чего хотел по-настоящему уже давно.

А если так, что значит на фоне этого такая мелочь, как поставленная на кон жизнь?

* * *

То, что в русском лесу завелся понтианак, шокировало Андру куда меньше, чем священника. Да, собственно, вообще не шокировало. Мир меняется – и нечисть меняется вместе с ним, так было всегда. Те же понтианаки – не самое редкое существо, а еще у них есть несколько подвидов. По состоянию жертвы невозможно определить, какой именно подвид обосновался здесь, но это выяснится в процессе охоты. Тогда же можно будет предположить, как это зверье сюда попало.

Обычно Андра не опускалась до таких слабых соперников – если двигаться в таком направлении, скоро придется зарабатывать на жизнь мухобойкой! Но тут случай особый: ее попросили устроить показательное выступление. Другой работы все равно не было, она давно не охотилась, потому и согласилась. К тому же одолжение начальству, которое не так сложно сделать, – ресурс хороший, пригодиться может в любой момент.

Бо, как и следовало ожидать, был недоволен, однако до протеста не дошло. Все-таки понтианак – не совсем мелочь, люди на охоту за таким высылают команду из пяти воинов, не меньше, и, если очень хочется кого-нибудь убить, он сойдет.

С момента согласия Андра воспринимала происходящее как спектакль. То, что она сохраняла минимальную вежливость в присутствии священника и даже обращалась к окружающим на «вы», было частью роли, которую она для себя выбрала. Долго она бы такое не выдержала, так ведь долго и не надо. Понтианак мог таиться лишь до тех пор, пока не охотился, изучал новую территорию. Теперь же он пролил первую кровь, и ему явно мало… ему всегда будет мало.

Андра могла бы завершить все сама, без священника, однако решила все-таки захватить его с собой. Он пригодится, если местные начнут путаться под ногами. Да и в целом, он какой-то слишком нежный даже для простого Видящего, немного боевого опыта ему не повредит.

Сначала она подумывала использовать его как наживку, но быстро отказалась от этой идеи. Бо не любит священников, может и не спасти вовремя. Да и понтианак способна почувствовать исходящую от Ивана энергию Безымянного, если она шарахнется сейчас, придется провести в провинции еще одну ночь, а Андра не любила затянувшиеся показательные выступления.

Поэтому они со священником прогуливались по тому самому лесу, где произошло первое убийство. Энергия Бо пока уходила на то, чтобы скрыть их, он затаился, знал, что добыча вылезет сама.

– Я почитал про этого понтианака, – признал Иван. – Это что-то вроде призрака, я правильно понял?

– Да и нет. Понтианаки относятся к классу не-мертвых. Они действительно не рождаются такими – рождаются они людьми. Силу и ярость обретают после смерти, обязательно жестокой и болезненной. Понтианаком обычно становится беременная женщина или, чаще, погибшая во время родов. От призрака ее отличает то, что ее плоть материальна.

– То есть… как… зомби?

Отвечать ему не хотелось, но показательное выступление обязывало… Андра решила, что за начальством теперь очень, очень большое одолжение.

– Не как зомби. Понтианак не разлагается, она сохраняет плоть в единой форме, просто новой. Это либо то же тело, в котором женщина жила, либо новая плоть, сформировавшаяся после отделения души от тела, зависит от подвида. Перемещается только по ночам, днем прячется.

– Я не припомню, чтобы кто-то тут умирал во время родов или беременности…