— Надо спать. Завтра долгий день, — говорю через силу и отворачиваюсь. Подумав, добавляю шепотом: — так было только сначала.

Мы еще долго лежим без сна, но больше не говорим. Глеб засыпает первым, и только когда слышу, как изменилось его дыхание, могу и сама отдаться сну.

*** За праздничным завтраком, а затем и праздничным обедом опять только и речи, что о моей беременности. Заходят в гости родственники и знакомые, поэтому я уверена, уже к вечеру по деревне понесется новость о моем примирении с бывшим мужем.

Мы звоним моей младшей сестре в Польшу, удивляем ее новостями, любуемся моими крошечными племянниками, и только после этого начинаем собираться в Москву.

Уже вечереет, поэтому решаем ехать прямо к дяде Глеба на ужин. Он живет в посёлке рядом с объездной дорогой, ехать где-то час. Помогая мне удобно устроиться в пассажирском кресле, Глеб предлагает:

— Поспи немного.

Этот день действительно показался мне еще более утомительным, чем предыдущий. Поэтому на полпути в город я засыпаю. Надеюсь проснуться уже у дома дяди. Но просыпаюсь у своего.

— Где мы? — сонно бормочу, когда открываю глаза и вижу через лобовое стекло свой подъезд. — Мы не поехали?

— Нет. — Глеб качает головой, мягко улыбается. — Ты устала. Не хочу тебя мучить еще одним долгим застольем. Съездим в другой раз.

— Но ведь ты хотел…

— Будут еще праздники. Пойдем, провожу тебя до квартиры.

— Я дойду сама.

— Нет. У тебя тяжелая сумка, мама положила тебе много всякой еды.

— Возьми еду ты. Тебе больше нравится вся эта домашняя выпечка.

Он качает головой.

— Кому из нас надо есть за двоих? Точнее, из нас троих.

— Но…

— Пойдем, провожу.

Уже перед дверью квартиры, когда мы почти попрощались, я ловлю его за рукав.

— Ты точно не расстроился? Если хочешь, мы еще можем поехать к твоему дяде. Я знаю, как для тебя это важно.

— Ты действительно сделала бы это для меня?

Глеб улыбается, и я уверенно киваю.

— Конечно.

— Я рад. Но сейчас для меня важнее, чтобы ты и малыш хорошо себя чувствовали. Поэтому в другой раз. Отдыхай. Позвоню завтра.

Он ждет, пока я зайду в квартиру, и только тогда уходит.

А я еще несколько минут стою под дверью, прислушиваюсь к звукам на лестничной площадке. Почему-то мне хочется плакать.

Неделя 7. Новый год, новые сомнения

Неделя 7. Новый год, новые сомнения

Яна. 11 лет назад

— Кто этот парень? — спросил Глеб.

Я села в его машину, которую ему недавно отдал дядя, и сразу попала на допрос. Улыбка, которая не сходила с меня во время разговора с Максом, быстро растаяла. В душе наростало раздражение.

— Сосед. Живет на нашем этаже в общежитии, иногда заходит на чай.

— Вот как! И о чем таком веселом вы так мило болтали, пока я тебя ждал?

— Я не видела, что ты уже подъехал! Мне что, нельзя теперь с другими парнями вообще разговаривать? Может, ходить сразу с транспарантом: «не говорите со мной, потому что у меня есть парень»? Или достаточно просто таблички на лбу?

Его пальцы побелели – так сильно вцепился ими в руль. Хорошо, что мы еще не поехали.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я спрашиваю. Ты с ним флиртовала! Я не слепой. Я уже знаю, какая ты, когда флиртуешь. Вот это твое поправление шапочки, прикусывание губы…

— Я не… Я просто… Ай.

Я надулась, потому что на самом деле не знала, что ответить. Он был прав. Я не намеренно флиртовала, просто Макс мне нравился с того самого мгновения, когда увидела его у нас на этаже, еще в сентябре, еще до того, как познакомилась с Глебом.

Мы посидели несколько минут молча, а потом мой парень спросил уже более спокойным тоном:

— Он тебе нравится?

— Нравится. И он приглашал меня на свидание.

Я знала, что делаю Глебу больно этим признанием, но решила сказать честно.

— И что ты ответила?

— Что не могу, что у меня есть парень.

Он отвернулся к окну, снова замолчал. Я рассматривала свои перчатки и думала, что именно должна сказать, но Глеб снова заговорил первым:

— Пойди с ним на свидание.

— Что? — Я уставилась на него.

— Говорю, чтобы ты пошла с ним на свидание. Понравится – разойдемся.

— Но…

— Я тоже пойду на свидание с другой девушкой. Так будет честно.

Я почувствовала, что у меня начинает дрожать нижняя губа. Тяжело сглотнула, пробормотала:

— Ты с ней будешь целоваться? Будешь спать?

— Я не знаю. Свидание по-разному может сложиться.

Говоря, он тяжело сопел. Я буквально кожей чувствовала его злость и раздражение, но меня саму вдруг затопила вселенская обида. Шмыгнув носом, заявила:

— Ладно, пусть будет так.

***