Нет, признание вины было его единственным шансом. И всё из-за предательства Лили.

Он думал о ней каждый день. О всех тех часах, которые они провели вместе, смеясь, читая и слушая музыку. О том, как он расчёсывал ей волосы, как она хохотала над его шутками, как с готовностью отзывалась на его сексуальные желания. Он до сих пор не мог смириться с глубиной её обмана.

Именно поэтому сразу после побега Рик планировал наказать Лили. Убийство само по себе его не особо привлекало. Ему нравилось, когда они были живыми — нравился вызов: довести женщину до края пропасти, а потом милостиво спасти. Но Лили заслуживала расплаты за то, что сделала. В этом не было никаких сомнений.

Он убьёт всю её семью: сначала мать, потом эту сучку-сестру, а потом Скай. Заставит Лили смотреть, а потом заберёт и её жизнь. Это будет справедливое возмездие.

Но чем больше Рик продумывал детали, тем яснее понимал: если он сразу после побега приблизится к Лили или её семье, то очень быстро вернётся обратно за решётку. Нет. Лучший вариант — просто исчезнуть и подождать, пока всё уляжется. Он вернётся за ней спустя месяцы, а может, и годы, когда она уже расслабится и почувствует себя в безопасности.

В каком-то смысле так даже лучше. Каждый день Лили будет просыпаться и гадать, где он. Она будет постоянно оглядываться через плечо. Он всё равно будет владеть ею. Она всегда будет принадлежать ему.

За последние месяцы он совершил много ошибок, с которыми теперь придётся жить. Но сейчас он снова на правильном пути.

Рик не мог дождаться встречи с холодным пивом, солнцем и хорошей музыкой. Он найдёт себе новую красивую девушку — лучше Лили,  ту, которая будет по-настоящему ценить всё, что может дать ей такой мужчина, как он.

Рик улыбнулся и наконец почувствовал усталость. Он опустился на койку, закрыл глаза и приготовился к полноценному ночному сну. Через несколько коротких часов это место превратится в далекое воспоминание.

 Свобода, я иду к тебе.

 ЭББИ

В ночь перед вынесением приговора Рику Хэнсону Эбби никак не удавалось уснуть. Напряжение в доме тем вечером зашкаливало. Несколько недель назад начали звонить репортёры. Новости о Рике, Лили и других девушках заполонили телевизионные каналы и Интернет. Все нервничали, но Эбби была на взводе больше, чем остальные. Взглянув на часы, она вздохнула и тихо выбралась из постели. Подошла к кроватке Дэвида, где её маленький обезьянчик крепко спал, раскинув крошечные ручки, грудь его мерно поднималась и опускалась. Оставлять его сейчас было особенно тяжело, но она должна была сделать кое-что ради Лили. Она коснулась мягкой гладкой щёчки сына, прошептала: «Мамочка любит тебя», и проскользнула в ванную.

Эбби тщательно оделась, накрутила волосы, нанесла макияж. Она написала записку для Лили и мамы, что уехала покататься, но надеется вернуться раньше, чем они заметят её отсутствие.

В зеркале заднего вида Эбби ещё раз оглядела себя и осталась довольна. Она сбросила вес после родов и теперь была худее, чем до беременности. Скулы снова заострились. Зелёные глаза сияли, щёки разрумянились. Она выглядела почти так же, как раньше. Эбби направилась прямиком к дому Уэса и постучала в дверь. Он был совой, всегда бодрствовал до рассвета — возился в гараже или смотрел сериалы на Нетфликс. Когда-то его режим сводил её с ума, но сегодня она была рада, что он не спит. Он сразу открыл дверь и на его лице промелькнула тревога.

— Эбс, что случилось? Что-то с Дэвидом? Или с Лили?

Она поцеловала его. Они не целовались с той ночи в больнице, когда родился Дэвид. С тех пор ей уже миллион раз хотелось сделать это снова. Она не лгала Уэсу тогда в больнице. Она хотела попробовать. Просто не знала как подступиться к нему. Из-за Лили, живущей рядом с ней, из-за чувства вины, которое она испытывала, потому что у них с Уэсом появился идеальный сын. Но это не мешало ей мечтать набраться смелости и просто сделать первый шаг. Во время прогулок в парке. По вечерам, когда он оставался на ужин и они вместе купали Дэвида, наклоняясь над ванной, когда их руки и ноги соприкасались. Но она не воплощала фантазии в реальности - никогда. Уэс ясно дал понять, что хочет быть с ней, что хочет быть вместе, но воздерживался от любых проявлений нежности. Она его понимала. Она слишком долго его отталкивала. Теперь он ждал сигнала с её стороны.

— Эбби, подожди.

Но она не собиралась ждать. Она продолжала целовать его и поцелуй отличался от всех предыдущих.  Она всегда сдерживалась; даже не осознавала этого до сегодняшней ночи. Восемь лет она любила этого мужчину и ненавидела себя за это. Сегодня все преграды рухнули. Для Эбби это было их первое свидание. Прекрасное и чистое.

Она втолкнула его в дом.

— Я ужасно себя вела, прости. Но я люблю тебя. Я люблю тебя и люблю Дэвида. Я хочу, чтобы ты это знал.