Ева не была хорошим человеком. Или, может, когда-то и была. Но теперь её волновало только то, что он давал ей возможность вновь почувствовать себя живой. Она умоляла его не бросать её. Но он поцеловал её в последний раз и исчез из её жизни.

Ева убеждала себя, что это не имеет значение, что он отверг её. Она свободна. Она сосредоточилась на работе и на том, чтобы удерживать Эбби от совершения  различных глупостей. Последнее зачастую занимало всё свободное время. У неё бывали случайные связи, когда становилось одиноко, но она никого больше не подпускала близко, не впускала в душу. Она не думала о Томми до этой самой секунды, но теперь её охватило непреодолимое желание вновь поцеловать его.

 Как некстати , — подумала она. —   Как ужасно.  

Ева отвернулась к окну, ненавидя себя за эгоизм, за то, что вообще о нём думает.

Она почувствовала его руку на своём колене — лёгкое, успокаивающее похлопывание, словно говорящее: я здесь, с тобой. Как же Еве не хватало его доброты. Когда они все собрались в машине, Томми поглядел на Лили в зеркало заднего вида

— Лили, можешь сказать куда мы поедем? — спросил он.

Лили смотрела на соседей, которые с неприкрытым любопытством таращились на их дом, интересуясь друг у друга, что тут происходит. Щёки Евы вспыхнули от стыда — она понимала, что соседи уже сплетничают о новой трагедии в семье Райзеров.

— В школу. Мы поедем в школу.

Эбби ахнула.

Даже не успев задуматься, что она делает, Ева схватила руку Томми и сжала её, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Она лихорадочно перебирала в голове список возможных подозреваемых, но никто определенный не приходил на ум. Это был чужак. Должен был быть чужак. Все эти годы она утешала себя мыслью, что её дочь забрал какой-то безымянный монстр.

 Неужели это мог быть кто-то знакомый? Кто-то, кому они доверяли?  

Она прислонилась лбом к холодному стеклу, борясь с желанием засыпать Лили вопросами. Они ехали по городу в молчании и через десять минут оказались у входа в школу. Томми заглушил двигатель и ждал, пока Лили снова заговорит, назовет имя. Ева видела, что он на взводе. Он привык командовать, привык обладать всей необходимой информацией, чтобы заранее правильно оценивать обстановку. Лили нарушила привычную схему и ему это явно не нравилось. Ева его не винила. Ей и самой нужны были ответы.

 — Назови имя, Лили, — сказал Томми.  — Тот, кто держал тебя в плену, он ненормальный. Мы должны быть готовы, и…

— Ненормальный он только когда оказывается за закрытыми дверями, — ответила Лили.

— Нам нужно знать...

Лили оставалась непреклонной.

— Я сказала, что отведу вас к нему. И я это сделаю.

Она вышла из машины. Томми тихо выругался. Но остановить Лили было невозможно. Ева видела то же самое выражение на лице дочери, когда та стояла на кухне, сжимая в руке нож. Никто и ничто не могло её остановить. Им оставалось только следовать за ней.

  ЛИЛИ  

  Всё выглядит точно так же.  

Это была первая мысль Лили, когда они подъехали к центральному входу в школу "Lancaster Day School".

 Американский флаг, развевающийся высоко над зданием, красные кирпичи и штукатурка, большие окна открытые нараспашку  — всё было таким... обыденным.

Лили вспомнила девочку, которой она была в старшей школе. Ей нравилось приходить сюда. Если бы не спорт, то её можно было бы смело записывать в зубрилы. Она выигрывала приз за лучшую посещаемость первые два года в старшей школе. Всегда попадала в список отличников с полным набором 5+. Записывалась во всевозможные кружки, насколько позволял график занятий. Она с радостью впитывала всю абсурдность происходящего в школе, со всеми её плюсами и минусами.

Сегодня на школьной площадке толпилась группа старшеклассников, они смеялись и подшучивали друг над другом.   Неужели она когда-то была такой же юной и полной надежд?  

Лили хотелось заорать во весь голос:  

— Вы тратите время попусту. Не тратьте его!

Но это было бы бессмысленно. В этом и заключалась привилегия молодости, поняла она. Лили тоже бесцельно растратила бы свою свободу.

Пока она стояла, уставившись на здание школы, Скай спала у неё на руках. Лили поняла, что ей предстоит принять ещё одно решение. Она никогда не выпускала ребёнка из виду.

  Может, стоит послушать шерифа и позволить ему разобраться?  Но она осознавала, что Рик здесь. Осознавала, что он находится буквально в двух шагах отсюда. Это был её шанс узнать наверняка, самой убедиться, что его схватят. Лили понимала: другого пути нет. Ей нужно довести это дело до конца. Но она не станет тащить Скай в эпицентр событий.

Она знала, что мама защитит Скай, что все эти полицейские позаботятся об их безопасности.

— Мам, можешь остаться здесь со Скай? Присмотришь за ней, чтобы она не напугалась?