— Я выбрал из того, что было в наличии! — пресмыкающееся нервно выбросило раздвоённый язык и отвернулось.

Мы были не одни. Другие приведённые ящерами новенькие тоже толпились возле дверей, недоумённо глазели на них, но потом довольно уверенно выбирали одну и входили внутрь.

— Как они это делают? — я качнула кристаллом, который до сих пор держала в руке.

— Смотрят, где написано их имя, конечно!

— Написано? Гд... — начала я и тут же замолчала.

На одной из дверей, через три от места, где я стояла, слабым фиолетовым светом мерцало моё имя.

— Каждый адепт видит только своё имя, остальные двери остаются безымянными, — пояснил мой сопровождающий. — Но странно, что ты ничего не заметила без подсказки — с твоими-то способностями! Может, не так они и велики?

— А кто сказал, что велики? — уже подойдя к двери, я остановилась.

— Сама этого не чувствуешь?

Я только развела руками. Змеевидный сложил на груди все свои четыре лапки и закачался из стороны в сторону, будто о чём-то размышляя.

— Нет, не скажу! — и, толкнув дверь, скользнул через порог.

Я возмущённо бросилась за ним, но, ворвавшись в комнату, восхищённо ахнула:

— Здесь я буду жить?

Комната была просторнее, чем весь дом, в котором я жила с родителями. Лиловые ковры, лиловые занавески на окнах, на стенах мягко мерцали замысловатые узоры.

— Какая красота... — оставив кристалл на столике, я закружилась по комнате. — Правда, темновато, но это не...

Тут же вспыхнул яркий свет, и я растерянно остановилась.

— Комната... реагирует на...

— ...твои психические импульсы, — кивнул змей. — Научиться управлять ею — своего рода тренировка для твоего сознания. Свет ведь слишком яркий, да?

Такой я действительно не хотела. Постаралась сосредоточиться, мысленно убавить яркость света... и он действительно начал меркнуть.

— Впечатляюще! — пресмыкающееся с явной издёвкой захлопало верхними лапками.

— Знаешь, ты начинаешь не на шутку меня раздражать, — повернулась я к нему. — После соревнования попрошу декана, чтобы тебя передали другому...

— Даже не думай! — он приподнялся на хвосте, чуть ли не на уровень моих глаз. — Иначе, обещаю, ужалю тебя ночью — теперь знаю, где живёшь!

Брезгливо отодвинувшись от змеиной головы, почти ткнувшейся мне в лицо, я, как недавно он, сложила на груди руки.

— Хорошо, оставайся. При двух условиях. Во-первых, что с моими силами и почему для тебя так важно быть рядом?

С раздражённым шипением чешуйчатый вернулся на пол, злобно посмотрел на меня снизу вверх и, демонстративно поправив тюрбанчик, заявил:

— Я один из «тау». Так называют неподвластных влиянию ментальной магии. Почти все вайши такие. Но некоторые из нас могут даже блокировать ментальную магию полностью, находясь рядом с менталистом.

— Поэтому ты... Чтобы блокировать мою магию? — растерялась я.

— Только если она станет неконтролируемой.

— С чего ей становиться неконтролируемой? — ещё больше растерялась я.

— Потому что ты — человек. С магией такой силы обычно рождаются ултуана. Справишься с ней ты или нет, неизвестно. Какое второе условие?

— Ещё не выполнил первое! Зачем ты здесь, если едва меня терпишь?

— Затем, что быть с кем-то вроде этого Артара, чьих способностей едва хватило, чтобы поступить в академию, нет необходимости, не так ли?

— Я спросила не это, — сузила я глаза. — Почему ты вообще здесь, в этой академии, если такой знатный в твоём мире?

Змей нервно передёрнул плечиками.

— Это личное. Какое второе условие?

— Тоже сбежал и скрываешься? — попыталась угадать я.

Но он вскинул голову и упрямо повторил:

— Какое второе условие?

Тонкий звон, будто кто-то задел десяток колокольчиков сразу, заполнил всё пространство.

— Состязание сейчас начнётся! — всполошился вайш. — А ты до сих пор в этом смехотворном одеянии! Переодевайся немедленно!

Я бросилась к шкафу. На полочках аккуратными стопками была разложена одежда.

— Торопись! — змей раздражённо махнул лапками.

— Пока ты здесь? Выйди из комнаты!

В первый момент он растерялся, а потом, злобно шипя, пополз к выходу.

— И ещё кое-что, — бросила я ему в спину. — Второе условие.

Пресмыкающееся обернулось.

— Будь со мной повежливее, ас-сайед Идж ибн Акоко ибн Адиса ибн Готто.

Вайш смерил меня снисходительным взглядом и проронил:

— Можешь называть меня просто Идж, — и скользнул за порог.

А я снова повернулась к шкафу. Одежда довольно обыкновенная: брюки, юбки, майки, блузки. Всё фиолетовое, как и мантии, сложенные отдельной стопкой. Я быстро сняла бальное платье, натянула брюки-майку-мантию и понеслась к двери. Уже распахнула её, собираясь переступить через порог, но так и замерла на месте. Снова это ощущение, будто что-то пытается погладить сознание. Я настороженно обернулась... и подпрыгнула от яростного шипения:

— Хочешь опоздать?!