— Я слышал, что произошло, Сетри, — он легко опустил ладонь мне на плечо, вызвав яростный блеск глаз Артара. — Но всё образуется, не сомневайся. Ты по-прежнему обладательница магии уровня «хета» и одна из нас. Увидимся на занятии.

Я даже не успела ответить, как он, ободряюще кивнув, направился к выходу. В то же мгновение раздался звон серебряных колокольчиков, и большинство адептов поднялись со своих мест. Идж демонстративно остался на стуле, продолжая ковырять вилочкой в своей тарелке, и увидевшая это луана тоже вознамерилась остаться в трапезной, а не следовать за нами на «ужасно скучную лекцию». Я только пожала плечами и последовала за всеми к выходу. И резко остановилась, заметив возле двери ожидавшего меня Ройгоса. Лицо будто каменное, глаза только что не высекают искры.

— Что... — начал догнавший меня Артар.

Но, заметив ултуана, сжал моё плечо в месте, где его касалась ладонь Тереса, и шепнул:

— Не волнуйся, Сетри. Всё будет хорошо.

— Очень в этом сомневаюсь, — пробормотала я и обречённо побрела к ултуана.

После злополучного торжественного ужина, с которого Ройгос и иже с ним отправились прямиком в крыло медикусов, прошло чуть больше недели. Занятия уже начались, и то, что я успела посетить, было очень интересно. По мнению декана Спура, схоластика псионика, или «наука об умении использовать собственный разум для воздействия на окружающий мир», понятие довольно широкое и не ограничивается такими «базовыми» умениями любого менталиста, как телепатия и телекинез. С таинственной наукой прорицания псионика вообще идёт рука об руку — поэтому менталисты и провидцы даже делят одну башню в огромном замке академии. С провидцами у нас в самом деле множество общих лекций и медитаций, где обучают самоконтролю.

Но, кроме способности пронизать мыслью межзвёздную пустоту или увидеть ложь, прежде чем она будет произнесена вслух, обладающие ментальной магией в какой-то мере могут и управлять стихиями. Особое умение — подчинить себе чистую энергию пламени или воззвать к силе воды. Для этого менталистам позволено посещать занятия и на факультете стихий — чтобы лучше постичь суть каждого элемента. Начали с огня. На факультет пиромантов мы наведались вместе с провидцами — им знакомство с материей пламени нужно для канопомантии, умением видеть будущее в дыму и пламени. И... на первом же занятии не обошлось без стычек. Вспыльчивые и нетерпеливые, как и сама стихия, которую они стараются подчинить, адепты-пироманты «пошутили», подпалив брови одной из девушек-провидцев. Вступившийся за неё парень, тоже из провидцев, тут же предсказал шутникам «гудение в голове». Менталисты, не терпевшие, когда кто-то бросал вызов им или их друзьям, тут же исполнили предсказание, обвалив на незадачливых пиромантов тяжёлые восковые свечи, которые те использовали для тренировки. Неизвестно, что последовало бы затем, но появившийся в классе профессор быстро положил конец потасовке, пригрозив, что «сожжёт к Инферналисам» все волосы на теле любого, кто ещё раз позволит себе беспредельничать на его уроках. Потом заставил всех извиниться друг перед другом, и на этом ссора была исчерпана. После с магами огня у нас было ещё одно общее занятие, и все уже вели себя, как закадычные приятели.

То, что стояло в расписании теперь, я ещё не посещала. Физиогномика — «чтение по лицу». Изучив расписание накануне, я решила, что теоретические занятия меня не интересуют — скорее бы перейти к практике и боевой подготовке, открытой для всех факультетов. Но теперь... Скосила глаза на плывшего рядом Ройгоса. Сколько же будет длиться это наказание?!

Глава 11

На лекции по физиогномике присутствовали примарисы и менталистов, и провидцев, и, войдя в аудиторию, я не удивилась, увидев машущего мне Прая.

— Сетри! Сядешь со мной? Здесь есть свободное место!

Но я, в очередной раз покосившись на неподвижное лицо моего «gemelli» и тотчас потемневшее — Артара, только покачала головой. Мы сели на последний ряд: ултуана, Артар, не отступавший от меня ни на шаг, и я, между ними. Свита Ройгоса расположилась ближе к кафедре, делая вид, что ни меня, ни Ройгоса не существует.

— Они отреклись от тебя? — не удержавшись, я кивнула на затылки ултуана.

Ройгос даже не повернулся, но голосом смог бы заморозить птицу на лету:

— Я запретил им подходить ко мне до конца этого унизительного наказания.

— А если оно не закончится долго? Они и забыть о тебе успеют. Тогда мы останемся твоей единственной компанией, — съехидничала я.

Ройгос всё же повернул голову, припечатав меня презрительным взглядом.

— Дикий шилу и недосущество с варварской планеты никогда не станут «моей компанией».

Артар, оскалив зубы, явно вознамерился дотянуться до заносчивого ултуана через меня, но я легко сжала его руку и с издёвкой улыбнулась Ройгосу.

— Посмотри вокруг. Мы уже твоя компания, «Принц Веток и Травы».

Лицо Ройгоса побелело, губы дрогнули, словно он собирался вцепиться в меня зубами.