Они оба фыркают, отчего я тяжело вздыхаю. Я не понимаю. Они были в ярости из-за моих выходок на бале. Я была так близка к тому, чтобы рассказать им о неприятном маленьком факте, что они не могут привязаться к моему сердцу, потому что оно было вырвано из моей груди много лет назад.

Но потом случился мой припадок, я проснулась, и они внезапно понеслись на всех парах вперед.

Я нерешительно поднимаю взгляд на Бэйлфайра, который тут же подмигивает и одними губами говорит: — Сегодня моя очередь.

Они кое-что выяснили обо мне. Я уверена в этом.

Так какого черта они так себя ведут? Как будто они… хотят меня? Возможно, они и не будут, если узнают правду.

Верно?

Я качаю головой, осуждая себя. Даже если бы они могли смириться с тем, кто я есть, откуда я пришла и мое предназначение, это не меняет того факта, что быть со мной означало бы поставить на карту все, что касается их будущего. Я не могу им ничего обещать, потому что в первую очередь мне нужно позаботиться о себе.

И даже если ходить по коридорам с ними рядом так хорошо… они не мои. Я не могу позволить им быть со мной.

Мы проходим огороженный веревкой коридор, где преподаватели используют магию, чтобы убрать кровь с камней, — признак того, что другие наследия уже начали устранять своих конкурентов. Наконец, мы сворачиваем за угол и входим в огромный класс в стиле актового зала со сводчатым потолком, где состоится наше первое занятие в качестве квинтета.

Поскольку мы делаем упор на бои, у нас очень простое расписание. По утрам проводятся два занятия — изучение демонов и продвинутая теория боя. После этого начинается физическая боевая подготовка. Чередуясь в конце каждой второй недели, мы будем проводить полевые испытания, которые, как я понимаю, состоят в том, чтобы забрасывать наследников в неизбежный лабиринт глубоко в Эвербаундском лесу, где нас оставят выжить или умереть по милости некоторых самых страшных существ из Границы.

Это должно быть жестоко.

Я не могу дождаться.

Но мое тайное возбуждение проходит, и я останавливаюсь как вкопанная, когда замечаю великолепного ледяного элементаля, сидящего в верхнем левом углу аудитории. Из-за совершенно белых волос его невозможно не заметить, когда он сидит в своей типичной, со вкусом подобранной профессорской одежде и смотрит, как за окном падает снег.

Я просто беспокоился. Не принимай это за заботу.

И все же я не могу не видеть, каким разбитым он выглядел, когда увидел, что его слова сделали со мной в той гостинице.

Я не хочу сидеть рядом с ним. Но… Я так же хочу.

Тьфу. Вот почему чувства следует запирать.

Сайлас бросает убийственный взгляд на каждого, кто проходит слишком близко к нам, когда они входят в класс, но Бэйлфайр ловит мой взгляд с теплой улыбкой.

— Мы не обязаны сидеть с этим ледышкой, если ты не хочешь, детка.

Профессор Кроули, мой старый знакомый профессор Рун, входит в дверь и направляется прямиком к белой доске в передней части комнаты. Через плечо он кричит: — Займите свои места. Все квинтеты должны сесть вместе. Теперь быстро.

Бэйл корчит гримасу. — Черт. Слишком рано заговорил.

Я сохраняю невозмутимое выражение лица, когда начинаю подниматься по лестнице туда, где сидит Эверетт. Но я сосредотачиваюсь не на том, потому что, когда мы проходим мимо ряда другого квинтета, ухмыляющаяся наследница выбрасывает ногу, чтобы попасть мне под колено, как раз когда я делаю шаг. Я качаюсь вперед и умудряюсь удержаться на руках, но не раньше, чем моя голова громко ударяется об угол другого стола.

Другие наследники разражаются вздохами, смехом и перешептываниями.

Шишка на голове болит, но еще больнее то, что я была слишком сосредоточена на Эверетте, чтобы предвидеть это. Какая ошибка любителя. Хорошо, что этот промах только подыгрывает репутации тихого, слабого ничтожества, которую я себе создала.

Прошла всего секунда, и я полностью планирую встать и уйти, не привлекая больше внимания.

Но внезапно материализуется Крипт, хватает девушку за конский хвост и исчезает вместе с ней. В следующую секунду она появляется снова — на высоте очень высокого потолка, крича от ужаса, прежде чем ее тело с громким треском ударяется о каменный пол в передней части класса.

11

Крипт

Звук того, как ее череп ударяется о камень, доставляет огромное удовольствие.

Мы с Мэйвен, похоже, единственные, кто придерживается такого мнения. В Лимбе, где я парю высоко над другими наследниками, я бросаю взгляд и ловлю крошечную ухмылку на ее лице, которую она быстро прячет, когда встает на ноги, отряхивается и игнорирует Крейна и Децимуса, суетящихся вокруг нее.

Все остальные либо все еще в шоке, либо кричат. Квинтет, только что потерявший свою идиотскую пару, побледнел и выглядел так, будто их сейчас стошнит при виде крови, быстро собирающейся вокруг ее разбитой головы.