— Ну как хочешь, — спокойно бросает Молотов. — Тогда скажешь своей подруге, что я дал отказ.

— Вы же только что согласились.

— Да. Согласен — с тобой, — четко озвучивает условие Молотов.

И теперь меня окатывает кипятком.

27

— Ну как знаешь, — спокойно бросает Молотов, а после разворачивается, направляясь к выходу.

— Постойте, — бросаю ему вслед.

Нервы у меня сдают. Просто понимаю, что все пойдет прахом. Он не станет помогать Инге на других условиях, ясно дал понять это. А так хотя бы будет шанс. Однако необходимо сразу обозначить границы.

Молотов задерживается. Оборачиваясь, проходится взглядом по мне.

Поднимаюсь. Шагаю к нему.

— Это будет расследование, — говорю, внимательно глядя на него. — Детали, подробности. Все строго по делу Исаева. Я уточню информацию у подруги, а потом передам вам эти материалы.

— Да, — спокойно соглашается Молотов.

— Формальное общение.

Он смотрит на меня, не мигая. Никак не комментирует. Вопросительно приподнимаю бровь.

— Можешь называть так, как тебе нравится, — замечает Молотов наконец.

— Думаю, нам стоит сразу обсудить условия… хм, сотрудничества. Чтобы потом не было недоразумений.

— И что же это за условия?

— Вы меня поняли. Если начнете переходить черту, то придется все сразу закончить. Я хочу помочь подруге. Больше меня ничего не интересует.

— Понял, — кивает Молотов. — Тогда сегодня в восемь вечера.

Дальше он называет популярный ресторан в центре.

— Это вы…

— Встретимся там, — заключает.

— Речь была про формальное общение.

— И? — приподнимает бровь.

— Зачем нам встречаться в ресторане?

— У меня уже назначена встреча там. На шесть. К восьми закончу. Не вижу проблемы в этом месте. Или ты бы предпочла встречу в моем доме?

— Нет, конечно. Но ресторан, — запинаюсь под его взглядом.

Меня уже бесит как начинаю мямлить, лишь стоит оказаться под прицелом его глаз.

— Я не обсуждаю такие темы где попало, — замечает Молотов. — Либо у себя дома, либо там, где могу быть уверен в отсутствии «прослушки».

— Мы не будем обсуждать ничего противозаконного. Даже наоборот.

— Ну кто-то же Исаева подставил. Если верить тебе.

— Подставили, иначе и быть не может. Он честный человек.

— И этот честный человек жене рога наставлял, нагулял дочь на стороне, — вдруг произносит Молотов, заставляя меня опешить от его осведомленности. — Даже странно, как он мог подставить партнеров по бизнесу.

Последняя фраза сочится иронией.

— Не знала, что вы собираете сплетни.

— Регулярно, — и бровью не ведет на мой выпад. — В учебных целях. Иначе метапрограммный профиль не составить.

— Что?

— Человек это набор программ. Изучив его профиль, можно понять, как он будет действовать в той или иной ситуации. Исаев довольно часто давал интервью. Особенно после второго брака. Много материала для анализа. По некоторым олигархам ничего в сети не найти.

Например, по моему отцу. Знаю, что его служба безопасности плотно занимается этим вопросом. Все вычищают.

— Не думаю, что людей можно вот так разложить, — не удерживаюсь от возражения.

— Как скажешь, — ровно соглашается Молотов, но на его губах играет лукавая усмешка, которая действует на нервы.

— Вы считаете, что любого можно просчитать?

Молчит.

А меня будто несет.

— Может, вы и меня уже просчитали? А вам не кажется, что это довольно скучно? Разбирать на программы. Заранее знать каждый шаг. Даже если допустить, что человек это как там сказали? Набор программ?

— Есть процент случайностей.

— Ну хоть так.

— Вас я уже просчитал, — прибавляет он. — Тут вы правы. И знаете что?

Молотов подается вперед так резко, что я не отшатываюсь, а застываю, впадая в странное оцепенение от неожиданности.

— Мне еще никогда так сильно не нравился мой расчет.

Он бесит до безумия. И расшатывает за считанные секунды. Чувствую, мне придется включить самообладание на максимум, чтобы дальше не сорваться куда-то сильно не туда.

— Восемь, — напоминает Молотов, а я даже не сразу осознаю, о чем он. — Жду материал.

Выйдя из универа, набираю Ингу.

— Нам нужно встретиться, — говорю. — Давай я сейчас к тебе заеду.

— Не надо, Поль. Лучше… может в нашем кафе?

— В кафе? — невольно переспрашиваю.

После того как началось публичное разбирательство, Исаева протащили по всем новостям. Инга опасалась выходить на люди, потому что было несколько неприятных случаев. Пару дней назад ее облили водой на выходе из дома. Потом какая-то женщина плюнула на нее, когда она вышла немного пройтись в парк.

— Это же рядом с домом, — замечает Инга. — Тут совсем недалеко. И туда не пускают всех подряд. Просто я уже не могу дома сидеть. Кажется, с ума схожу взаперти.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Давай там.

+++