Эми продолжала кашлять, но звуки, выходившие из ее рта, были тихим. При каждом всхрипе ее тело дергалась под Кайлом, ее груди подпрыгивали и колыхались. Насильник подался назад и прижался лицом к ее груди, вдыхая запах ее сладких розовых духов и пота, чувствуя, как ее груди скользят его по щекам, когда она извивается и кашляет.

Это было уже слишком. Он еще даже не вошел в нее, но был уже на грани. Одно колено было у нее между ног, и он пытался просунуть второе между ее брыкающимися ногами. Чтобы угомонить ее, Кайл схватил ее груди и сжал их, и девушка завизжала в наволочку, а он прижался к ее бедру и скользил по нему, задыхаясь и толкаясь. Наконец проник в нее, но кончил еще до того, как полностью всунул свой член в нее.

Когда дыхание восстановилось, Кайл встал на колени и посмотрел на часы на тумбочке.

Он был с Эми меньше пятнадцати минут.

  Времени еще много, - подумал он.

  Времени на все.

Но оно летело так ужасно быстро.

Кайл услышал тихий свист. Он оглянулся через плечо. Отец стоял у стены. По-видимому, он вошел тем же путем, что и раньше, через отверстие за снятым зеркалом. Он качал головой и ухмылялся.

- Видимо, это семейное.

- Мне остановиться? - спросил Кайл.

- Будут и другие ночи. Сейчас мы должны привести себя в порядок и заняться делами.

Кайл сполз с кровати. Он встал и посмотрел на себя, измазанного кровью.

- Ты действительно поработал над ней на славу, - сказал отец.

- Да. – Его не смутило это замечание. Парень чувствовал себя так, как будто от него ожидали, что он сделает с ней то, что сделал, и он выполнил какое-то невысказанное обязательство.

- Я бы спросил, понравилось ли тебе, - сказал папа, - но, думаю, в этом нет необходимости.

- Когда я смогу сделать это снова?

- Мы обсудим это позже. - Итан подошел к кровати и посмотрел вниз на распростертое тело Эми. - Для чего ты разрезал веревки?

Кайл пожал плечами.

  Она отключке. Или мертва, - подумал он. – Это не принесло никакого вреда.

- Она была без сознания до того, как ты снял скотч с ее рта?

- Ну, нет. Но она не кричала и не...

- Она сказала что-нибудь интересное?

Кайл усмехнулся.

- Она сказала, что выйдет за меня замуж, если я позволю ей уйти...

Отец фыркнул.

- Хорошая шутка. Удивительно, что они могут придумать.

- Ты с ними тоже разговариваешь?

- Уже не так часто. Через некоторое время понимаешь, что все они говорят примерно одно и то же. Они умоляют и скулят. Предлагают деньги, секс - что, в общем-то, смешно, если учесть, что я все равно это получу. - Он потянулся вниз и прикоснулся кончиками пальцев к ее запястью. - Пульс еще есть, - сказал он через несколько мгновений.

- Правда? - Кайл был удивлен.

- Все в порядке. Лучше не убивать их. - Он посмотрел на Кайла и поднял бровь. - Ты очень похож на своего деда. Он всегда оставлял после себя настоящий беспорядок. Я не так уж и люблю расправляться с сучками. Просто использую силу, чтобы подчинить их, понимаешь?

Кайл почувствовал, как краснеет.

- Прости. Я просто...

- Нет, все в порядке. Если тебе так нравится, хорошо. Это дело вкуса. Но тебе придется заменить простыни и прочее из своего кармана.

- Хорошо.

Папа кивнул в сторону ванной.

- Теперь иди туда и прими душ, сынок. Сделай это быстро, но смой всю кровь. Не забудь вычистить ее из-под ногтей.

- Что мы будем с ней делать?

- Выведем ее и дадим ей билет на автобус до Омахи.

- Что?

- Ты узнаешь, - засмеялся отец. - Прими душ.

* * *

Кайл вошел в ванную. На металлической полке над раковиной лежали зубная щетка Эми, маленький тюбик зубной пасты, флакон дезодоранта, расческа с прозрачной розовой пластмассовой ручкой, в щетине которой запуталось довольно много пушистых каштановых волос.

- Что мы будем делать со всем этим? - спросил он себя.

  Что мы будем делать с ней?

Она даже не умерла. Странно. Кайл был уверен, что она мертва, еще до того, как вынул наволочку из ее рта.

  Но папа говорит, что все в порядке. Папа знает, что делает. Он делал все это раньше, много раз – столько раз, что уже устал его слушать.

Кайл наклонился вперед и изучил свое лицо в зеркале над раковиной. Он искал разницу во взгляде. Но тот казался почти таким же, как обычно. Парень пошевелил бровями. Кожа на лбу казалась жесткой из-за подсыхающей крови. Он улыбнулся. Все его лицо казалось жестким. Один короткий локон волос прилип к капле крови возле уголка рта. Он оставил его там и отвернулся от зеркала.

Банное полотенце висело на перекладине, оставленное сохнуть, но чистое полотенце оставалось аккуратно сложенным на проволочной вешалке. Коврик был перекинут через борт ванны. Он расстелил его на полу и ступил на него. На ощупь тот был влажным и прохладным.