— Да, это я, — ответила она, ее голос срывался, будто слова, которые она готовилась сказать, причиняли ей боль. — Я знаю, что ты злишься на меня, и у тебя есть на это полное право. Но я должна объяснить, почему поступила так, как поступила.

Что-то внутри меня сжалось, стоило услышать ее голос. Адриан, стоявший рядом, бросил на меня быстрый взгляд. Его глаза, широко раскрытые от удивления, выдавали, что он не ожидал такого поворота событий. Я же, наоборот, не могла отвести взгляд от женщины, стоящей передо мной. Женщины, которая когда-то была для меня всем.

— Ты... оставила меня, — голос дрогнул, и я почувствовала, как знакомый ком подступает к горлу. Глаза предательски защипало. — Почему?

Она сделала шаг вперед, сокращая расстояние между нами. Ее лицо, такое родное, было наполнено болью и чем-то похожим на раскаяние. Но в ее глазах было и то, что задело меня сильнее всего: тень гордости, обернувшейся виной.

— Я никогда тебя не бросала, — прошептала она, ее слова звучали так, будто она убеждала сама себя. — Я лишь дала тебе выбор...

— Выбор?! — я не выдержала и повысила голос. — Какой выбор, мама? Ты просто отвернулась от меня, от своей дочери! — Моя грудь тяжело вздымалась, гнев и боль боролись за контроль.

Она сжала ладони в кулаки, будто пытаясь удержать себя в руках.

— Ты сама определила свой путь, — продолжила она, ее голос дрогнул, но все еще звучал твердо. — Возможно, все произошло так, как и должно было. Когда-то я и твой отец сделали неверные шаги. Но мне было... стыдно за тебя и за твой поступок. — Ее голос стал тише, почти шепот. — Я не смогла смириться с тем, что вынуждена была стыдиться говорить о тебе и твоем выборе. Нечистокровного гнома в мужья, с которым у тебя нет даже генетической связи! Я — глава клана. А моя дочь...

Эти слова ударили сильнее, чем я могла себе представить. Они пронзили меня насквозь, как острые кинжалы, оставляя за собой кровоточащие раны. Гнев нахлынул с новой силой, смешиваясь с чувством предательства и разочарования.

— Ты... стыдилась меня? — прошептала я, чувствуя, как горячие слезы струятся по щекам. — Ты бросила меня, потому что я выбрала свой путь, а не тот, что ты хотела?

Она отвернулась, ее плечи дрогнули, как будто мои слова разбили ее изнутри. Но я не могла остановиться.

— Я была твоей дочерью, мама. А ты... ты просто закрыла на меня глаза. Потому что я не соответствовала каким-то твоим идеалам? — мой голос стал громче. — Ты выбрала свое “достоинство” вместо меня!

Ее лицо исказилось болью, ее пальцы дрожали, когда она подняла руку, будто хотела коснуться меня, но не смогла.

— Я была недальновидной, — прошептала она, опуская взгляд. — Я думала, что знаю, что лучше для тебя. Для нас. Для нашего клана. Твой выбор казался мне предательством — не только меня, но и всех, кто был до нас. Но теперь... теперь я понимаю, что совершила ошибку.

Я смотрела на нее, не в силах поверить в услышанное. Она наконец признает свою вину, но разве это могло что-то изменить? Глубоко внутри меня что-то треснуло, как хрупкий лед под ногами.

— Ошибку, — хрипло повторила я, медленно качая головой. — Ты думаешь, этого достаточно? Ты понимаешь, мама, сколько боли ты принесла мне? Ты... даже не представляешь...

Она шагнула ближе, ее руки протянулись ко мне, но я отступила назад, поднимая руку, чтобы удержать ее от прикосновения.

Адриан стоял рядом, его лицо излучало сочувствие и понимание. Я чувствовала его поддержку, даже не глядя на него. Он всегда умел найти нужные слова в моменты, когда все вокруг рушилось.

— Мы все совершаем ошибки, — тихо сказал он, его голос звучал мягко, но уверенно. — Главное — то, что мы делаем потом.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять бурю эмоций, бушующую внутри. Гнев, боль, разочарование — все смешалось в хаосе, пытаясь поглотить меня. Но я знала, что сейчас не время для разборок, не время поддаваться этому урагану.

— Хорошо, — произнесла я, вытирая слезы дрожащей рукой. Голос все еще дрожал, но теперь в нем звучала нотка решимости. — Мы здесь не для того, чтобы выяснять отношения. Мы здесь, чтобы найти ответы.

В этот момент дверь в гостиную тихо открылась, и внутрь вошел мужчина. Его седые волосы сразу привлекли мое внимание. Я замерла, не в силах пошевелиться, глядя на него. Это был он. Мой отец. Человек, которого я так долго не видела, а теперь впервые могла разглядеть не в облике существа, а таким, каким он был — человеком.

Он молча окинул нас взглядом, в котором не было ни злобы, ни укора. Только тяжесть прожитых лет и невыразимая мудрость. Затем, не произнеся ни слова, он жестом пригласил нас занять места за большим деревянным столом, стоящим в центре комнаты. Его присутствие было настолько величественным, что казалось, даже воздух стал плотнее.