Я собиралась остаться в пансионе после выпуска, до которого оставались считаные месяцы. Если я стану одной из настоятельниц для юных учениц, то по законам империи опека надо мной перейдет пансиону до тех пор, пока я не выйду замуж или мне не исполнится двадцать пять лет.

И тогда отчим, перестав быть моим официальным опекуном, больше будет не вправе распоряжаться моей жизнью по своему усмотрению.

Но Август Клертон был умен, хитер и решил действовать на опережение.

Неделю назад я получила от матери письмо, в котором она радостно и восторженно сообщала, что отчим добыл для меня лучшую партию из всех возможных. И уже вел предварительные переговоры с советником о нашей с ним помолвке.

До того дня я особо не интересовалась слухами, которые ходили о лорде Декстере. Хотя многие ученицы о нем шептались и особенно бурно обсуждали личность советника, когда полтора года назад от лихорадки умерла его третья по счету жена.

Я никогда не участвовала в этих обсуждениях. Но в тот день, читая письмо матери, мне вдруг вспомнилось все, что я когда-либо слышала о советнике императора, который получил свою должность в немыслимо молодом возрасте, устранив множество конкурентов, стоящих на его пути.

И я приняла единственное верное решение из возможных. И в тот же день отправила лорду Декстеру письмо, в котором, не сдерживаясь в выражениях, сообщила, что никогда не стану его женой.

Я понимала, на какой риск я иду.

Но я уже давно не была безвольным ребенком. И не собиралась позволять отчиму и дальше разрушать мою жизнь в угоду себе и своим амбициям.

Глава 4

Когда через час дверь в комнату отворилась и внутрь вошла Элоиз, с которой мы делили эту спальню все последние восемь лет, я уже вся извелась от нервов.

Перед глазами весь этот час так и стояло лицо отчима. Его пугающая ухмылка и жестокие, равнодушные глаза.

Мне казалось, что если я буду сидеть без дела, если срочно ничего не предприму, то ужасные последствия не заставят себя ждать.

Но что именно я могу сделать, когда до окончания пансиона оставалось еще несколько месяцев, я пока не представляла.

Плотно прикрыв за собой дверь, Элоиз вихрем пролетела через всю комнату, плюхнулась на стул напротив меня и выдохнула нетерпеливо:

— Ну? Как все прошло?

Она была единственной, кому я действительно доверяла и могла рассказать абсолютно все. И, конечно же, она знала и о помолвке с лордом Декстером, и о моем письме, и о встрече с отчимом, на которую меня вызвали прямо с урока.

— Ужасно, — прикрыв лицо ладонями, призналась я, — Все прошло просто ужасно.

Конечно, отправляясь в кабинет директрисы, я осознавала, что отчим, мягко говоря, не обрадуется моему отказу. Но я и предположить себе не могла, что он выйдет из себя настолько, что осмелится поднять на меня руку.

Видимо, союз с советником императора для него был значим гораздо больше, чем я могла себе представить, раз лорд Клертон пришел в такое бешенство.

Подняв взгляд на Элоиз, поняла по лицу подруги, что ей требуется куда больше информации, чтобы вынести собственный вердикт.

И, вздохнув, поведала ей обо всем, что случилось в кабинете леди Мендар.

Элоиз слушала меня внимательно. Кулаки одноклассницы то и дело сжимались и разжимались по мере того, как я рассказывала обо всем произошедшем.

И когда я, наконец, закончила, наша спальня еще на несколько долгих минут погрузилась в абсолютную тишину.

Судя по тому, как хмурилась Элоиз, она активно о чем-то размышляла все это время.

А затем подруга подняла на меня мрачный взгляд и произнесла:

— Тебе нужно сбежать, Валери. Другого выхода я не вижу.

— Сбежать? За несколько месяцев до выпуска? — выдохнула я, — Но куда?

После долгих лет, проведенных в пансионе, сама мысль о побеге казалась чем-то немыслимым. Особенно сейчас, когда до выпуска и желанной свободы оставалось совсем немного. Буквально рукой подать.

— Может, к каким-нибудь родственникам? — предложила Элоиз.

— Не выйдет, — покачала я головой в ответ, — Никого нет.

Подруга вздохнула и снова о чем-то задумалась.

— У меня есть решение, — произнесла она еще через пару минут, — Моя кузина, Френсис, живет в провинции. Она уже замужем. Они с мужем очень добрые и отзывчивые люди. Я была на их свадьбе на прошлых каникулах. Помнишь, я тебе рассказывала?

Дождавшись, когда я кивнула, Элоиз продолжила:

— Так вот, я могу написать ей. Уверена, она не откажется принять тебя, если я попрошу. Френсис меня очень любит. Поживешь у нее первое время, а потом придумаем что-нибудь еще.

— Элоиз, — вздохнула я, — Я не уверена, что о таком можно просто попросить…

— Хочешь остаться и узнать, на что еще способен твой отчим? — резко перебила меня подруга.

Сглотнув, я покачала головой.

— Нет. Этого я точно не хочу.

— Значит, решено, — твердо заявила она, — Я сейчас же напишу письмо Френсис и отправлю его.

Больше я с ней спорить не решилась. В конце концов, кузина Элоизы могла еще и отказать. Но попробовать стоило. Потому что других идей у меня не было все равно.