— Девушек в крепости не больше двадцати, — произнес куратор все так же спокойно, не спеша потешаться над моей наивностью, в отличие от его подопечных, — И это с учетом вас троих. На такое количество бойцов никто отдельное помещение выделять не будет.

Всего лишь? Действительно, негусто.

И слова куратора звучали достаточно рационально. Но утешало это слабо.

— Но ваши спальные места не здесь, — продолжил он неожиданно, — А там, — указал он кивком куда-то за наши спины.

Обернувшись, увидела, что от стены и до одной из колонн, что были расставлены по всему помещению, тянулась балка, на которой по типу шторы висела плотная коричневая ткань.

Мужчина, подойдя к ней, отогнул ткань в сторону, и мы смогли увидеть, что там, за шторой, стройным рядом стояли еще несколько кроватей.

Я тут же почувствовала, как напряжение, сковавшее меня ранее, начинает немного отступать. Это не отдельная казарма, конечно. Но хоть какое-то уединение.

Раздав еще несколько инструкций, куратор удалился. А мы отправились занимать свободные койки.

Я оказалась не так проворна, как две другие присутствующие девушки. И мне в итоге досталась единственная свободная кровать, стоящая чуть в стороне от остальных.

Но я такому раскладу, честно говоря, даже была немного рада.

Распотрошив мешок, лежащий на кровати, достала постельные принадлежности. Приготовила себе спальное место. А после дошел черед и до чемодана.

Мне хотелось поскорее снять с себя порванное скаргом и залитое его же кровью платье. Но мужские голоса, доносящиеся из-за шторы, честно говоря, нервировали.

А вдруг кто-то зайдет сюда в самый неподходящий момент?

Помявшись немного возле раскрытого чемодана, все же решила переодеться. Ложиться спать в вонючем и окровавленном платье мне решительно не хотелось.

Переодевалась я спешно, нервно. И сделала это так быстро, как мне не удавалось никогда раньше.

Закончив, свернула грязное платье и запихнула его под кровать вместе с чемоданом. Найду, куда его выбросить, завтра.

Куратор что-то еще упоминал про душевые, которые располагались у лестницы. Но моих моральных сил сегодня точно не хватит, чтобы туда дойти.

Не хочу ни с кем больше сталкиваться и пересекаться. Хотя бы сегодня.

Опустившись на кровать и укрывшись одеялом по самый нос, я тяжко выдохнула. Но несмотря на то, что на нормальной кровати я в последний раз лежала больше недели назад. Да и сегодня день выдался таким ужасным, каких в моей жизни, пожалуй, еще никогда и не было, сон никак ко мне не шел.

И я продолжала неподвижно лежать, просто пялясь в потолок, еще несколько часов. Постепенно казарма наполнялась голосами. Народу приходило все больше.

И в наш укромный закуток девушки, служащие здесь, тоже вернулись.

Накрывшись одеялом с головой, я перевернулась на бок, ложась спиной ко всем присутствующим, и закрыла глаза.

Но сон, наконец, начал одолевать меня лишь тогда, когда наступила глубокая ночь и казарма затихла окончательно.

Я почти уже отключилась, но резко вынырнула из дремы, когда услышала вдруг тихие, крадущиеся шаги.

Скрипнула негромко половица, почему-то заставив меня занервничать.

И я лежала, не шевелясь и пытаясь унять безумно колотящееся сердце.

И чего я, собственно, испугалась? Может, это кто-то из девушек просто вставал в уборную, а сейчас возвращается и старается не разбудить остальных?

Но все мои попытки рассуждать логично оказались тщетны.

И в тот момент, когда с меня кто-то резко сдернул одеяло, я поняла, что в этом негласном сражении здравый смысл проиграл интуиции, которая все это время пыталась его перекричать.

_______________

Еще одна книга литмоба "Боевая героиня"

Принцесса Теней

Юлия Правдина

Глава 17

Как только чья-то рука сдернула с меня одеяло, мои глаза резко распахнулись.

Я понятия не имела, кто ко мне подкрался и с какой целью. Но что-то мне подсказывало, что ничего хорошего меня не ждет.

Я едва успела перевернуться на спину в тот момент, когда огромная нависшая надо мной тень резко подалась вперед и рукой сжала мое горло. Да так сильно, что дыхание мгновенно сперло. И я беспомощно захрипела.

— Думаешь, я стерплю прилюдное унижение из-за какой-то никчемной девки? — раздался над ухом злой шепот.

И пусть этот голос я слышала лишь однажды, но тем не менее тут же его узнала.

Максвелл.

— Или, считаешь, что наряд вне очереди меня остановит? — продолжил цедить он слова, все сильнее сжимая мое горло, — Нет, дорогуша. Ты мне сейчас за все ответишь.

Каким же мелочным подонком нужно быть, чтобы напасть на спящую девушку из-за какой-то пощечины? Да еще и полученной вполне заслуженно.

Эта мысль и злость, вызванная ею, внезапно придали мне сил. И несмотря на то, что воздуха уже почти не хватало, а в глазах все плыло и начало темнеть, я сумела вскинуть ладони.

И обхватила ими руку Максвелла, тут же призывая родовую магию.