Командир окинул нас всех еще одним взглядом, не останавливаясь ни на ком конкретно, и продолжил:

— Грубое и систематическое нарушение дисциплины здесь строго наказывается. Наш враг находится за этими стенами. И раздора в стенах крепости мы не потерпим. Это касается всех, - припечатал он, но взглянул при этом на меня.

Я вспыхнула от смеси возмущения, гнева и стыда. Да, я использовала магию. И использовала ее, возможно, против не мага. Но не на кулаках же мне было с этим громилой драться?

Ему ведь дунуть достаточно, чтобы я улетела на другой край двора.

Но командир тем временем уже отвернулся от меня. И, принявшись расхаживать вдоль нашего строя, перешел к следующей теме.

— Ближайший месяц станет для вас испытательным сроком. Мы посмотрим, на что вы способны, оценим ваш потенциал. И если по истечении этого срока по минимальным нормативам вы пройдете – останетесь и дальше служить в крепости. А если нет – отправитесь домой. Потому что слабый боец станет бойцом мертвым после первой же вылазки в лес. А если не умрете сами, то подставите товарищей, которым придется вас прикрывать. Надеюсь, это всем понятно? — останавливаясь ровно посередине, мрачно уточнил он.

Все остальные закивали тут же. И лишь я стояла, ошеломленная такими новостями.

Выходит, здесь не только можно погибнуть во время службы? Тебя еще и выгнать могут, если ты окажешься недостаточно подготовлен?

Боюсь, если так, то главой рода мне не стать никогда. Меня выгонят отсюда гораздо раньше, чем пройдет положенный месяц. Сразу, как только поймут, что благородная леди стать образцовым бойцом не способна.

Да я меч-то сегодня впервые в жизни держала! И то только потому, что от этого зависело, выживу я или нет.

Командир, поймав мой удивленный и испуганный взгляд, тут же громко произнес:

— Вас, леди, это не касается.

— Что? Но почему? — возмутился вслух один из парней, стоящий справа от меня в строю.

Мужчина перевел на него тяжелый взгляд:

— Во-первых, к старшему по званию нужно обращаться по уставу, — строго произнес он, — А, во-вторых, ей, в отличие от вас, за службу здесь не заплатят ни гроша. По закону, как представитель аристократии, она должна прослужить ровно год. И раньше служба может закончиться только в случае смерти.

Несмотря на то, что платить мне не будут, судя по недовольному роптанию, раздавшемуся сбоку после слов командира, суждено мне стать белой вороной среди новобранцев. И, возможно, еще и изгоем.

И знакомство у нас началось не очень удачно. И сейчас командир одной фразой увеличил пропасть между мной и остальными.

Ведь мне, в отличие от них, гонка на выбывание не грозит.

— Вашей подготовкой займется куратор Торн, — продолжил командир невозмутимо, — Он будет курировать вас в ближайшие пару месяцев. По всем вопросам обращаться только к нему. Командиров в обход куратора не беспокоить.

Снова появившись словно из ниоткуда, перед нами возник тот самый молодой мужчина, который вмешался, когда Максвелл попытался спихнуть всю вину на меня, назвав свои домогательства невинной шуткой.

Он кивнул командиру. И мужчина, повернувшись к нам, произнес напоследок:

— Удачной службы, новобранцы.

А после удалился, не оглядываясь.

И мы остались на попечении этого куратора Торна.

— Меня зовут Кайден Торн, — начал он, заложив руки за спину, — Обращаться ко мне можете как куратор Торн или сотник Торн. Панибратство здесь не приветствуется.

Я же, увидев его сейчас отчетливее в свете факелов, внимательно приглядывалась к мужчине.

У меня возникло ощущение, будто я его уже где-то видела. Но никак не могла вспомнить где.

Да и вряд ли это возможно. Все последние годы я провела в пансионе, лишь изредка, всего дважды в год, когда бывала дома во время каникул, посещая светские мероприятия.

И вряд ли с этим куратором Торном я могла пересечься на одном из них.

Но почему-то все равно его черты лица казались мне смутно знакомыми.

— Моя задача – сделать из вас достойных бойцов всего за месяц, — продолжил тем временем куратор, — И каждому из вас придется выкладываться на максимум. Безукоризненно выполнять все приказы, тренироваться до износа и запоминать все, чему вас будут учить. Только в таком случае из вас что-то выйдет.

Взгляд мужчины прошелся по каждому, пока, наконец, не остановился на мне.

Окинув меня внимательным взглядом с ног до головы, который замер на уровне моей юбки, куратор произнес:

— Форму вам выдадут завтра утром. Завтра же вас ждет экскурсия по крепости, ознакомление с уставом и первая тренировка, — добавил он, резко отворачиваясь от меня, — А сегодня можете отдыхать.

Так, здесь есть форма?

Покосившись на свой чемодан, я вздохнула. Это, конечно, радует, потому что брюк в моем гардеробе отродясь не было. Аристократкам брюки не положены. И ходить в них считается действительно неприличным, в отличие от скромного платья, из-за которого я и нарвалась на оскорбления.