— Да, — сказала она.

— На улицах бесчинствуют цзмиты. Кажется, в Скиттерсилле и рядом с ККК бунты. Скорее всего, это правда.

— Или обычные люди, напуганные и озлобленные.

— Король в Красном заперся за Сферой Кантера. Я не знаю, жив ли он вообще, э-э… — он запнулся, прежде чем сказать "жив", и задумался. — Проснулся ли он.

— Думаю, он в отключке, — сказала Мэл. — Его контракты на поставку воды обязывают. Каждый кран в Дрездиэль-Лексе, каждый смытый в туалете унитаз или завод, пытающийся заполнить свои котлы, это требование, которое он не может проигнорировать. Не говоря уже о том, что ему приходится поддерживать Змей в спячке. С таким же успехом он мог бы быть мёртв. И остальные члены совета тоже. Чем больше они были связаны с Королевским советом по контролю, тем слабее они будут.

— Так не бывает. Я знаю эти контракты. В них есть пункт о чрезвычайном положении. Нельзя допустить, чтобы человек, лучше всех знающий, как починить водопровод, вырубился, если что-то пойдёт не так.

Она пожала плечами, и он счёл это странным. Но, с другой стороны, ситуация была безумной. Чего он ожидал от неё?

Он продолжил:

— Но босс не стал бы поднимать Сферу Кантера, если бы что-то не пошло не так не только снаружи, но и внутри пирамиды. Мы не можем рассчитывать на его помощь.

Она кивнула и стала ждать, что он скажет дальше.

— Ты должна добраться до "Каменного Сердца". Мы разбудим Змей, используем их силу, чтобы наладить водоснабжение, вышвырнем Цзимет, успокоим всех. Как только это будет сделано, одна из крупных Ремесленных компаний сможет воскресить Кета или хотя бы его часть. ККК предстоит непростой год, но мы должны выжить, как и весь город.

Мэл наблюдала за ним полуприкрытыми глазами. Он налил себе ещё воды, выпил и слизнул капли с губ.

— Что скажешь?

— Зачем?

— Что?

— Зачем, — повторила она, — нам спасать "Красный Король Консолидейтед"?

Мраморная столешница была прохладной и твердой.

— Потому что городу нужна вода. Потому что люди умирают, и мы можем помочь.

— Мы поможем.

Ее голос звучал бесстрастно, как тогда, на станции "Семь листьев", когда боги корчились под озером.

— Ты в порядке?

— Лучше и быть не может. — Мэл была напряжена до предела, и казалось, что даже воздух вокруг дрожит. "У меня есть секрет", кричало все ее тело.

— Если мы не собираемся спасать ККК, что, по-твоему, нам делать?

— Калеб, — она закрыла глаза и помассировала их рукой. Когда она снова открыла глаза, они были мягкими и красными. — Нам нужно подождать.

— И это все? Это твой план? Ждать?

— Сначала да.

— Беспорядки будут только нарастать.

— Так и должно быть. Когда наступит затмение, мы воспользуемся Змеями, чтобы обеспечить город водой. Они восстанут, и мы прогоним цзимитов с нашей земли и с небесных шпилей тоже. Ремесленники скорее сбегут, чем столкнутся со Змеями. — Она говорила так, словно перечисляла заявки в бридже. — Мы сможем начать все с чистого листа.

Он отодвинулся от стола и от нее.

— Мэл, что ты такое говоришь?

— Если Король в Красном придет в себя, он не оставит смерть Кета безнаказанной. Он уничтожит старую религию и всех, кто ей следует, переломит хребты последним богам и богиням, переломает им кости и будет пировать их костным мозгом. Но только если он придет в себя. Если нет, у нас будет шанс пойти другим путем.

— Ты говоришь так, будто это возможность.

— Так и есть. Вчера вечером ты спросил меня, что я думаю по этому поводу. Это оно. ККК мертв. Пусть сгниет. Построим что-нибудь новое.

— Нет.

— Когда карты розданы и игроки идут ва-банк, что вы делаете, если у вас выигрышная комбинация?

— Но у вас не выигрышная комбинация.

— Выигрышная, — сказала она.

В комнате стало холодно. Калеб заставил себя заговорить.

— Кто это "мы"?

— Я и такие, как я. Люди, которым не всё равно, что будет с нашим городом, с нашим миром. И ты тоже, если присоединишься к нам.

Он облизнул губы. На юге бушевали пожары.

— Мэл... — больше он ничего не мог сказать.

— Калеб. — Она перегнулась через стол, положила руку на его ладонь и крепко сжала. После долгих часов скалолазания её пальцы стали гладкими и твёрдыми. Он думал, что она бежит, словно богиня в полёте.