— Представь, что ты змея, — повторила она, и он представил. Он извивался, вечно голодный, пожирающий и сам поглощаемый, и его мир был матрицей боли и страха. — Все, что ты видишь, это змеи, и мир не имеет никакого смысла. Но на расстоянии мы видим узор, в котором отдельная змея лишь часть целого.

— То есть ты считаешь, что мне не стоит переживать из-за того, что я не могу понять, как все это связано с "Сердцем"?

— Я думаю, тебе стоит осознать, что не все в мире устроено так, как тебе удобно. Галереи, премьеры и покровители Сэм поддерживают жизнь этих змей, хотя их маленькие змеиные мозги не в состоянии постичь все это. ККК, "Сердце", они настолько велики, что с таким же успехом могли бы быть богами. Не стоит ожидать, что мы сможем понять их до конца.

— А как насчет Короля в Красном? Или Алаксика? Как думаешь, они понимают, что делают?

— Они, Короли Бессмертия. Их разум больше не ограничен мозгом и плотью. Может быть, они мыслят иначе, чем все мы.

Он вспомнил маленькую фотографию в серебряной рамке и то, как Король в Красном прислонился к столу, ссутулившись и опустив голову.

— Может быть.

Тео с любопытством взглянула на него, но, что бы она ни хотела спросить, передумала.

— В любом случае, — сказала она, — пусть и дальше заключаются сделки вроде той, что с "Сердцем", и пусть мы будем богаты душой и хорошим вином.

— Я выпью за это, — сказал Калеб. На стене шипели гадюки, словно в преисподней.

17

Когда Калеб и Тео добрались до пирамиды в Сансильве, 667, гигантский зал уже был полон сотрудников ККК в рабочих халатах и парадных костюмах. Змеелюди обвивались вокруг колонн, поддерживавших балкон, их длинные тела блестели. На сиденьях и в проходах толпились люди, скелеты, хорошо сохранившиеся зомби, немногочисленные скорпионийцы, медные гиганты с камнями-пророками далеких Ремесленников и прочая шушера из ККК.

Калеб и Тео протиснулись между големом и пузатым лысеющим мужчиной в тюбетейке. Начались речи. Они не видели сцену, но сводчатый потолок донес до них голос Красного Короля.

— Последние три месяца, — сказал Копил, — были временем испытаний. Вместе мы пролили реки чернил и крови. Вместе мы свернули горы. Вместе мы терпели изнурительные встречи в Бездне. — Толпа одобрительно загудела. Во время переговоров Тео сама спускалась в Бездну, разрисованная хной и серебряными оберегами от обитавших там странных разумных существ. —Холдинг "Каменное Сердце" изменил Ремесло по добыче и бурению воды на свой лад. Аналитик из "Трейгер, Матинс, Лауд" как-то предположил, что "Каменное Сердце" может вытеснить нас с рынка поставщиков воды для этого города. Несколько лет я почти верил, что у них это получится.

Король в Красном произнес эту фразу как шутку и был вознагражден несколькими неловкими смешками. Избавление от оков плоти не улучшило чувство юмора Копила, но люди все равно смеялись. Огромная власть делает смешными даже плохие шутки.

Калеб протиснулся мимо молодой женщины с синей кожей и зомби, несущего мозг в бурлящем сосуде.

— Мы решили, что вместе мы будем сильнее, чем поодиночке. "Красный Король Консолидейтед", частью которого мы все являемся, — молодая женщина с синей кожей коснулась лба, горла и сердца, как и другие люди в толпе, — начал процесс объединения с холдингом "Каменное Сердце". Сегодня мы достигли нашей цели. Контракт подписан, последняя печать выгравирована на камне. "Красный Король Консолидейтед" и "Каменное Сердце" станут единым целым.

Раздались аплодисменты, то ли спонтанные, то ли в попытке выслужиться перед начальством. Так или иначе, они распространились по всему залу. Король в Красном наблюдал за происходящим. Никто не хотел оказаться единственным, кто не хлопал в ладоши.

— Я представляю вам Алаксика, председателя совета директоров "Каменного Сердца", и его главную мастерицу, мисс Кекапанию, которые скрепят договор между нашими фирмами.

Калеб наконец протиснулся сквозь толпу, встал в первом ряду и уставился на происходящее. Тео споткнулся и упал ему на спину, но Калеб этого не заметил.

В трехстах футах от них, в центре сцены, стоял Король в Красном, в окровавленном одеянии, с распростертыми руками. Из его глазниц сыпались багровые искры. Рядом с ним стоял Алаксик, окутанный тенью.

Между ними стояла Мэл.

На ней был угольно-серый костюм, а не кожаное снаряжение скалолаза, но ее вздернутый подбородок и дерзкий взгляд не изменились. Ее короткие волосы застывшими волнами лежали на плечах. Она смотрела на "Красный Король Консолидейтед" и улыбалась.

— Мэл, — произнес Калеб и понял, что сказал это вслух, в тишине зала. Копил замолчал и оглядел зал в поисках того, кто это произнес. Улыбка Мэл стала шире. Услышала ли она его? Узнала ли его голос?

— Малин Кекапания, — сказал Король в Красном, — была моим главным связующим звеном с Алаксиком на протяжении всего процесса.

Старик поднял голову и шевельнул пергаментными губами. Его голос пронесся над зрителями, словно шелест опавших листьев на ветру.