– Ага! – ткнула в него пальцем Сил.

Прикосновение вышло едва ощутимым: даже при человеческом росте она оставалась бесплотной в Физической реальности.

– Мундир? Я думала, ты их больше не носишь.

Каладин помедлил с ответом и одернул полы униформы, расправляя складки по бокам.

– Просто это кажется правильным, – произнес он, встретившись взглядом с отражением спрена в зеркале.

Сил широко улыбнулась. И шквал побери, он не сдержал ответной улыбки.

– У кого-то сегодня хороший день, – отметила Сил, снова тыча в Каладина пальцем.

– Как ни странно, – согласился он, – учитывая обстоятельства.

– По крайней мере, война почти закончилась, – сказала Сил. – Осталось всего одно состязание. Девять дней.

Действительно, в случае победы Далинара Вражда согласен отступить из Алеткара и Гердаза, хотя сможет сохранить за собой другие подконтрольные ему земли вроде Ири и Йа-Кеведа. Если же победит Вражда, придется уступить Алеткар противнику. Более того, ставка еще выше. В случае поражения Далинар должен будет перейти на сторону Вражды, стать Сплавленным и принять участие в завоевании Космера. Хотелось думать, что всем Сияющим не придется последовать за ним, но полной уверенности не было.

Столько жаждущих войны, даже без влияния Претворенного! Шквал, Каладину ведь тоже знакомо это чувство.

– Сил, – сказал он уже без улыбки, – я не сомневаюсь, что еще многие погибнут. Может, и те, кто мне дорог. Но я не могу остаться с ними и помочь. Далинару придется выбрать на роль защитника кого-то другого и…

– Каладин Благословленный Бурей! – сложив руки на груди, перебила его Сил и взлетела выше.

Хотя ее одежда выглядела как модная хава, бело-голубые волосы остались распущенными и свободно развевались на ветру. На… несуществующем ветру.

– Не вздумай убеждать себя, что ты несчастен.

– А то что?

– А то я стану корчить тебе смешные рожи! – прогремела она. – Какие по силам лишь мне!

– Они не смешные, – заметил Каладин с содроганием.

– Уморительные!

– В прошлый раз ты отрастила щупальце на голове.

– Высоколобая комедия!

– А потом воткнула его в меня.

– Гвоздь программы, очевидно же! В мире столько людей, а мне достался тот, кто ничего не смыслит в тонком юморе.

Каладин встретился с Сил глазами. Ее улыбка была до шквала заразительной.

– Оттого что разобрался кое в чем, на душе и правда теплее, – сказал он. – Оттого что сбросил с плеч тяжелую ношу и вышел из тени. Я знаю, тьма вернется, но, думаю, смогу помнить лучше, чем раньше.

– Что помнить?

Он сплел себя с верхом и взлетел, а оказавшись на одном уровне со спреном, ответил:

– Что бывают и такие дни, как нынешний.

Сил решительно кивнула.

– Жаль, что Тефт этого уже не увидит, – вздохнул Каладин. – Я ощущаю его потерю как дыру в собственном теле.

– Знаю, – тихо ответила Сил.

Будь она человеком, наверное, обняла бы. Сил воспринимала физический контакт иначе, чем люди, хотя там, где она родилась, – в Когнитивной реальности – обладала вполне материальным телом. Каладин подозревал, что она недостаточно времени провела на той стороне. Ее устраивала Физическая реальность.

Опустившись на пол, Каладин вернулся к окну, желая вновь ощутить солнечное тепло. Вдали белели увенчанные снежными шапками вершины гор. Ветер обдувал лицо. Повеяло запахом чистого, свежего воздуха, и взору предстала стайка спренов ветра. Те из них, что составляли доспех Каладина, влетели в комнату и зависли вокруг него. Они не улетали далеко, на случай если понадобятся.

Шквал, пройти через столь многое за такое краткое время! Каладин ощутил отголоски гнева, едва не поглотившего его после смерти Тефта. И что еще хуже, отголоски чувства абсолютной пустоты, когда он падал…

Темные дни.

Но бывают и такие дни, как нынешний.

И он будет об этом помнить.

Доспешные спрены со смехом унеслись в окно, однако ветер задержался, играя волосами Каладина. Потом успокоился, все так же овевая его, но без прежней игривости, скорее задумчиво. Ветер сопровождал этого человека всю жизнь. Каладин знал его почти как родной город или свою семью. Такой близкий…

«Каладин…»

Он подскочил и взглянул на Сил: закрыв глаза, спрен передвигалась по комнате летящим, почти танцующим шагом, будто в такт неслышной мелодии.

– Сил, – окликнул ее Каладин, – это ты назвала меня по имени?

– А? – спросила она, открывая глаза.

«Каладин…»

Шквал! Вот опять.

«Мне нужна твоя помощь. Мне так жаль… что приходится просить еще…»

– Скажи, что слышишь это, – обратился Каладин к спрену.

Сил склонила голову набок:

– Я чувствую… что-то. В ветре.

– Он говорит со мной, – пояснил Каладин, прижав ладонь ко лбу.

«Каладин, близится буря, – прошептал ветер. – Худшая из бурь… Мне жаль…»

И все стихло.

– Что ты слышал? – спросила Сил.