Я осталась стоять одна в центре круга, чувствуя, как в венах всё ещё бурлит разгоряченная кровь, а кожа на щеке горит там, где я касалась его лица. Мне было плевать на всеобщее шокированное внимание. Я смотрела в его широкую, удаляющуюся спину и улыбалась.

Потому что в последнюю секунду, прежде чем отвернуться, он посмотрел на меня не как на «позор рода Лансер». Он смотрел на меня, как на единственный луч света в своей Тьме...

И этот огонь в его глазах стоил того, чтобы переиграть ради него всю свою судьбу.

_________________________

Дорогие читатели! Приглашаем вас в новинку нашего литмоба:

Адриана Вайс "Преданная жена дракона. Трофей для врага"

— Ты сама виновата, Аделина! Моему сыну нужна сильная магия, а ты её только тратишь впустую. Гордись, что стала почвой для моего рода.

Меня лишили всего: отца, дара, чести, будущего. Муж, которого я боготворила, выкачал из меня всю магию, чтобы передать её своей беременной любовнице. Но этого ему было мало и он объявил меня ведьмой и убийцей, лишь бы спасти шкуру перед убийцей моего отца, захватившим наши земли.

Меня уже везли на казнь, но я сбежала. Теперь я — никто. Беглая преступница без имени и сил, спрятавшаяся в стенах Магической Академии. Моя цель — выжить и вернуть свое честное имя, вернуть все, что у меня забрали.

Но как быть, если новый Королевский Куратор Академии — тот самый захватчик, убивший моего отца? Он опасен, жесток и… он не сводит с меня пристального взгляда. Кажется, он знает, кто я. Или чувствует притяжение, которому не в силах сопротивляться?

Глава 5. Политический демарш

Тишина после ухода Кайрана длилась одно долгое, мучительно напряженное мгновение. Потом зал взорвался шёпотом. Волна возмущения, злорадства и откровенного страха прокатилась от стен к центру, где я всё ещё стояла одна. Моё платье было испещрено чёрными разводами, будто меня окунали в чернила, а лицо пылало от того неистового взгляда, который он бросил на прощание.

И тут пошла вторая волна – волна «спасителей». Первым, конечно же, был Люциан.

Он подошёл ко мне с выражением благородного негодования, смешанного с брезгливостью, будто наступил во что-то неприятное. Его голубые глаза сверкали таким неприкрытым ледяным презрением, что в другой жизни я бы отшатнулась и испуганно затрепетала.

Но сейчас мне было всё равно. Пусть подавится своим недовольством!

– Арианна, – его громкий, чёткий голос перекрыл гул толпы. Он говорил не столько мне, сколько всему залу, играя свою роль доброго пастыря, пытающегося образумить заблудшую овечку. – Прекрати этот нелепый фарс. Ты зашла слишком далеко в своих попытках обратить на себя внимание. Все и так прекрасно знают, как ты желала моей благосклонности. Но использовать моего брата, пугать всех этой… этой чёрной вакханалией? Это уже ниже всякого достоинства. Пожалей, наконец, честь своего отца. Он не заслуживает такого позора.

Он протянул руку в повелительном жесте: «Иди сюда, я тебя спасу от тебя самой». Все вокруг замерли в ожидании. Все ждали, что я, как и раньше, расплачусь, побегу к нему или начну оправдываться, подтверждая свой образ истеричной дурочки.

Но я не пошевелилась. Я медленно, с ледяным достоинством, которое не вязалось ни с моим испачканным платьем, ни с моей опороченной репутацией, провела ладонью по подолу, будто смахивая пыль, а не следы живой магии.

– Ваше Высочество, – мой голос прозвучал тихо, но так металлически-чётко, что его услышали даже в самых дальних уголках зала. – Вы ошибаетесь. И в своей оценке моего поведения, и в оценке происходящего.

Люциан на мгновение опешил. Такой реакции от меня он явно не ожидал. В его глазах блеснуло замешательство. А по залу прокатился очередной возмущённый вздох.

– Я не пытаюсь привлечь ваше внимание, – продолжила я, глядя ему прямо в глаза. В моём взгляде не было и тени прежнего обожания, только настоящий холод. – Я выполняла свой долг. Как невеста наследного принца, я сочла необходимым разделить с ним хотя бы один танец на балу, куда он прибыл, несмотря на очевидную усталость после исполнения королевских обязанностей. Разве это не долг любой будущей супруги – быть опорой, а не обузой?

По залу пронёсся новый, теперь уже удивлённый шёпот. Такой речи от меня никто не ожидал. Я не просто отшивала свою бывшую болезненную влюблённость, я чётко переходила на другую сторону. Прилюдно. Ставя Люциана в неловкое положение.

Он побледнел. Он привык, что я лепечу и заикаюсь в его присутствии. А сейчас перед ним стояла женщина с прямой спиной и взглядом, в котором читалась не истерика, а железная воля.

– Твои «обязанности»? – фыркнул он, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. – Ты о чём, Арианна? Он только что чуть не задавил тебя своей проклятой силой! Все видели, как эта… тварь ползала по тебе! Ты в опасности!