Песок позади меня внезапно проваливается. Не осыпается, а именно уходит вниз, словно его вытягивают из-под поверхности. Земля раскрывается ровным, пугающе идеальным кругом. Чёрная, глубокая дыра, в которую стремительно утекает песок, воздух, звук.

Я не успеваю даже вскрикнуть.

Нога соскальзывает, почва под ней исчезает, и меня тянет вниз. Падаю на живот, вцепляюсь руками в край, но песок не держит, он течёт, как вода, вырываясь из-под ладоней. Пальцы скользят, ногти царапают пустоту, сердце стучит в горле, дыхание срывается на хрип.

– Нет, нет, нет… – дикая, паническая мысль рвется наружу.

Я цепляюсь снова, глубже зарывая руки, чувствуя, как песок уходит, утягивая меня к центру этой дыры. Внизу тьма. И что-то ещё. Я не вижу этого, но чувствую. Холодный, металлический голод, затаившийся под поверхностью.

Бедро ноги задевает какой-то попавшийся камень, и я чувствую, как что-то острое упирается в кожу.

Пока продолжаю скользить, то рукой тянусь к бедру и достаю из кармана… нож. Недолго думая, вгоняю его в поверхность под собой, но черт… никакого сцепления. Это едва-едва замедляет моё падение.

Нож упирается в выступ, скрытый под песком, возможно, это тоже была когда-то скала, пока её не замело. Именно это спасает меня от падения в неизвестность, только ноги свисают в дыру.

Чёрт!

Зря. Зря я кидаю туда взгляд.

Внизу не просто темнота. Там ничего. Пустота, в которую сыплется песок, исчезая без звука, без удара, без дна. Он не падает, его втягивает, словно сама глубина жадно вдыхает его, слой за слоем. Из-за вибрации песчинки дрожат, срываются с краёв, ускользают, и вместе с ними ускользает ощущение реальности. Словно мир здесь обрывается.

У меня закладывает уши, в груди всё сжимается.

Меня накрывает животный ужас. Такой, от которого мутнеет зрение и немеют пальцы. Я не могу отвести взгляд, хотя понимаю, что нельзя смотреть, но всё же именно это я и делаю.

Подо мной раскрыта пасть, которая ещё не сомкнулась… но обязательно сомкнётся.

– Нет… – мысль тонет в шуме крови в ушах.

Собираю остатки сил, которых, кажется, уже не существует, и тянусь вверх, вцепляясь в рукоять ножа. Лезвие глубоко застряло в выступе, и именно это даёт шанс. Металл скрипит, вибрирует, рукоять режет ладонь, но я подтягиваюсь через боль и через дрожь в руках.

Ноги всё ещё свисают в пустоту.

И в этот момент… движение.

По краям дыры, там, где секунду назад был только песок, что-то приходит в движение. Из тьмы выдвигаются ряды острых, неровных, металлических зубьев. Они не вырываются резко, нет. Они появляются плавно, пугающе точно, как части идеально отлаженного механизма.

Чёрт!

Подтягиваюсь выше, и в это же мгновение зубья смыкаются.

Глухой металлический лязг разрезает воздух. Песок взрывается вверх, осыпая меня с ног до головы, а затем так же быстро начинает засыпать дыру, словно ничего и не было. Будто пустыня сама зализывает рану.

Я вытаскиваю ноги и откатываюсь в сторону, тяжело, судорожно дыша, прижимаясь к земле. Сердце колотится так, что больно. В груди жжёт, в руках дрожь такая сильная, что я не сразу понимаю… всё ещё держу нож.

Ещё секунда.

Всего одна чертова секунда, и меня бы просто… не стало. Не целиком. По частям.

Мысль накрывает с запозданием, и от неё к горлу подкатывает тошнота.

Но не это самое ужасное, а осознание, что всё повторится.

Земля всё ещё слегка дрожит, явно предупреждая. Здесь нельзя лежать, нельзя замирать и нельзя думать слишком долго.

Меня ослепляют блики, но не от солнца, а от чего-то другого, кажется, догадываюсь, чего именно… но зрение расфокусировано, чтобы я смогла сейчас что-то заметить в небе.

С дрожью во всём теле я заставляю пальцы разжаться, вытаскиваю нож из песка. Лезвие покрыто мелкими царапинами, песком, но цело. Как и я. Пока что.

Перекатываюсь на колени, потом с трудом поднимаюсь на ноги, которые подкашиваются, а само тело протестует, разум кричит, чтобы я остановилась, но я подавляю это.

Нужно уходить отсюда, двигаться дальше. К скалам. Там мой единственный вариант.

Делаю шаг, после ещё один и ещё, затем срываюсь на бег.

Каждый вдох слишком болезненный, горячий, ноги будто налиты свинцом, но я не сбавляю темп. Скалы растут передо мной, становятся чётче, темнее, реальнее. Я цепляюсь за этот образ, как за спасение.

Когда до них остаётся совсем немного, земля снова начинает дрожать. Не робко, яростно, судорожно. Песок под ногами пульсирует. Опять. Значит,это будет уже вот-вот.

Боковым зрением я замечаю движение.

Кто-то ещё.

Я поворачиваю голову на бегу и вижу силуэт девушки, несущейся к скалам с другой стороны. Мы идём почти параллельно, но на расстоянии. Лица я не различаю, так как слишком далеко, слишком много пыли и света, зато вижу одежду, плотную, защитную, и маску на лице.

Откуда у неё маска?

Вибрация усиливается так, что зубы начинают стучать. Я почти врезаюсь в скалу, останавливаюсь резко, упираясь ладонями в холодный камень. В основном гладкий, но в некоторых местах шероховатый.