Патрик, казалось бы, небрежно поднял брови и откинулся назад с сигаретой. Он подозревал, что разговор закончился бы довольно быстро, если бы он вмешался.

— Верно, — кивнул Азиз. — Мне сообщили, что вы работаете в Гамбургском этнологическом музее, профессор Лавелл. У них есть отдел египетских сокровищ?

Это был плохо замаскированный вопрос с подвохом, но Питер на него не попался.

— Некоторое время назад я был куратором выставки «Пять тысяч лет письменности». Значительная её часть была посвящена Египту.

— Понятно. Вы просили о встрече, и я не мог отказать мистеру Гарднеру. К сожалению, я очень занят. Так в чём проблема?

Питер пристально посмотрел на своего собеседника. Этот египтянин не тратил времени на любезности. Им что-то было нужно от него, но они ничего не могли предложить взамен, и мужчина это знал. Его жесты и выражение лица источали самодовольство. Это была его страна, его вотчина. Он прекрасно говорил по-английски, хотя и с сильным иностранным акцентом. Наивно было думать, что присутствие молодой женщины, говорящей по-арабски, произведёт на него какое-либо впечатление. Питер также сомневался, что им удастся добиться чего-либо рекомендациями и лестью. Но, подумал он, слабость доктора Азиза, возможно, заключалась в его гордыне.

Питер решил начать игру с самой слабой карты.

— Я хотел бы познакомить вас с Мелиссой Джойс, — сказал он. — Она живёт в Каире и работает экскурсоводом в Египетском музее.

— Ассаляму алейкум! — сказала Мелисса в знак приветствия.

— Ва алейкум ассаляму, — ответил Азиз. Казалось, она не произвела на него никакого впечатления. Однако Питер заметил, как взгляд египтянина скользнул к декольте Мелиссы, и задумался, не окажутся ли её выставленные напоказ прелести полезными в разговоре с мусульманином. Он мог лишь надеяться, что Мелисса, знакомая с местными обычаями, учла это.

— Она много рассказала нам о работе Высшего управления по делам культуры, — продолжил Питер. — Мы были потрясены тем, сколько ценных культурных ценностей было вывезено за последние столетия. Мисс Джойс рассказала о своей работе и ваших усилиях по предотвращению этого.

Доктор Азиз просто кивнул.

Мой коллега Патрик Неврё и я хотели бы выразить вам своё почтение, поскольку мы тоже стремимся положить конец подобной коммерческой эксплуатации. Вместо этого мы хотим достичь более глубокого понимания нашей культуры и нашего происхождения посредством тщательных исследований и вопросов. Мы пришли к убеждению, что колыбель современной цивилизации находилась здесь, в Египте, и что источник наших знаний и развития кроется в прошлом этой страны.

Начальник отдела по древностям выслушал Питера без каких-либо заметных эмоций и предпочел не отвечать, так что возникла холодная пауза.

Патрик, до сих пор обводивший взглядом комнату, едва заметно покачал головой. Он знал целые группы людей, подобных Азизу. Он не раз вёл с ними переговоры, нуждаясь в финансировании или разрешении для своих исследований. Обычно, если собеседник понимал, что от него чего-то просят, переговоры обречены на провал ещё до их начала. Такие люди мгновенно схватывали ситуацию и тут же игнорировали любые просьбы, стремясь максимально увеличить свою выгоду. То, что граничило с высокомерием, было чистым расчётом. Мало что можно было сделать, если не желать, чтобы с тобой обращались свысока, и идти на значительные уступки. Патрик добился большинства своих успехов — и тех, что не шли на компромиссы — обаянием или дерзостью. Однако иногда он уходил ни с чем и был вынужден искать счастья в другом месте. К сожалению, альтернативы не было, поэтому разговор вёл не Патрик, а Питер, у которого были шансы убедить египтянина вежливостью или специальными знаниями. Но пока им не удалось завоевать ни пяди земли на этом плацдарме.

— Доктор Азиз, — продолжил Питер, — мы считаем, что находимся на пути к выдающемуся открытию. Мы считаем, что можем доказать, что ваши предки обладали гораздо большими знаниями, чем считалось ранее.

— То, что египетская культура была самой развитой в то время, не является новым открытием, — сказал доктор Азиз. — К чему вы клоните?

— Речь идёт о легендарной Изумрудной Скрижали, которая, как говорят, хранит мудрость мира и тайны жизни. Возможно, вы слышали о ней.

Египтянин кивнул.

— Мы узнали, что истории о легендарной скрижали ведут к египетской стеле, которая в Средние века попала во владение рыцарского ордена и исчезла в XVI веке. Эта египетская стела датируется периодом правления фараона Эхнатона. В ней упоминается настоящий источник знаний — пирамидион. Наши научные исследования показали, что такой пирамидион действительно был найден в 1926 году. В Саккаре. Знаете ли вы об этом?

Азиз глубоко вздохнул.