Когда Питер подошел ближе, Патрик забрал у нее коробку.

Она была удивительно лёгкой и обмотана несколькими нитями или чем-то вроде лыка. На крышке были выжжены на дереве иероглифы.

— Смотрите, Питер!

Питер достал очки и осмотрел отметины, пока Патрик развязывал верёвки. Наконец, француз развязал последний узел и поднял крышку. Внутри они увидели чёрный холщовый мешочек, лежащий на мелком песке. Мешочек также был перевязан верёвкой и запечатан алой печатью. На застывшей массе были выгравированы древнеегипетские символы.

Не поднимая мешочек, Питер осмотрел печать.

— Плохое предзнаменование, — сказал он через мгновение.

— Вы знаете что это?

— Видите того бдительного пса наверху? Это Анубис, страж царства мёртвых...

— Я знаю его уже некоторое время.

— Да неужели? Внизу у нас девять коленопреклонённых узников. Они символизируют врагов Египта. Это печать фиванского некрополя. Этот знак использовался для запечатывания гробниц и саркофагов.

— Вы хотите сказать, что кто-то прислал нам сюда старые кости?

— Не знаю, но я бы был осторожен...

— Ну ладно... — ответил Патрик, теребя печать. — Может быть, какое-нибудь погребальное сокровище?

С этими словами он сломал пломбу и развязал верёвку. Затем он открыл мешок и заглянул внутрь. С агрессивным шипением высунулась голова змеи. Патрик едва успел отдернуть руки. Женщина за прилавком издала пронзительный вскрик. Питер, стоявший неподалёку, замер, широко раскрыв глаза, когда рептилия медленно выскользнула из мешка и, угрожающе шипя, подняла переднюю часть тела.

— Проклятие! — воскликнул Патрик, задыхаясь. — Чёрт возьми! Питер, отойдите в сторону!

Питер не мог оторвать глаз от змеи, которая шипела, исследовала все вокруг языком и, казалось, пронзала профессора своими черными глазами-бусинками.

— Питер! Отойдите в сторону!

С огромным усилием профессору удалось взять себя в руки. Однако, казалось, он мог двигаться лишь как в замедленной съемке. Он отставил одну ногу назад, затем медленно отошел. Теперь он был в полуметре от животного.

Через мгновение они оба оказались вне досягаемости рептилии, которая продолжала угрожающе покачиваться.

— Что это за змея? — спросил Питер. — Она ядовитая?

— То, что я побывал в джунглях, не делает меня экспертом по этим тварям! Я даже не собираюсь пытаться убедить себя в этом.

— Может, вызвать полицию?

— Конечно, возьмите телефон. Он прямо за стойкой.

— Может быть, вы найдете лучшее решение?!

— Стойте смирно, — сказал Патрик, отступая ещё немного. Затем он описал широкую дугу вокруг стойки. — А теперь повеселимся.

— Шутите?

— Ну, давайте, отвлеките эту скотину как-нибудь. А теперь за работу!

Питер начал неуклюже размахивать руками в сторону змеи, и она повернула к нему голову и снова зашипела.

— По-настоящему агрессивная тварь, — сказал Патрик, которому удалось подкрасться к коробке. Затем он быстро протянул руку и захлопнул крышку. Змея снова оказалась заперта внутри коробки.

— Ох, будь я проклят. Это подарок от всего сердца.

Глава 8.

7 октября 2006 г., резиденция OTMA, Каир.

Сестра Лилит вошла в зал Великого Магистра и подошла к трём мужчинам, сидевшим за большим столом у передней стены внушительного зала, пристально глядя на вошедшую. Они были одеты в чёрные одеяния с капюшонами, скрывающими лица. Лилит мысленно улыбнулась: «Какая ирония! Монахи придерживались традиций христианских монахов в своих одеждах лишь для того, чтобы создать видимость мудрости и достоинства».

Одинокий стул стоял поодаль от братьев, безмолвный вызов. Женщина села. Внутри сидел брат Апофис. Он пронзительно посмотрел на Лилит, и она спокойно ответила ему тем же.

— Мы вызвали вас, — наконец сказал он, — чтобы обсудить ваше психологическое состояние.

Она кивнула. Ничего другого она и не ожидала.

— С тех пор, как вы с нами, вы очень тщательно следовали всем нашим инструкциям; вы прошли посвящение быстрее, чем любой другой брат или сестра до вас. У вас есть дар, сестра Лилит.

Она снова кивнула.

— Мы совещались, — продолжил мужчина. — Мы обсуждали это уже некоторое время. Мы хотели бы, чтобы вы перешли на следующий уровень посвящения. Ваш разум стремится к мудрости больше, чем другие.

Лилит ждала, когда он наконец перейдет к делу.

— Вы знаете эти термины и ритуалы, сестра, и это не просто традиции. Они исходят непосредственно от нашего учителя, и мы никак не можем их обойти.

На этот раз она не кивнула.

Брат Апофис слегка наклонился вперёд и склонил голову набок. Он постарался принять благожелательный вид.