Они подошли поближе. Это был гигантский каменный блок, поверхность которого была покрыта замысловатыми резными рельефами.

Питер остановился.

— Имхотеп! — провозгласил он, не в силах отдышаться.

— Мы нашли гробницу Имхотепа? — спросил Джейсон, возбуждённо расхаживая вокруг саркофага. — Правда?!

— По крайней мере, здесь так написано, — сказал Питер, указывая на ряд иероглифов. — Но это не значит, что он действительно здесь похоронен. Это вполне может быть символическая могила. Давайте попробуем найти что-нибудь поблизости, погребальные принадлежности или сокровищницу.

— Он сидел прямо на этом камне, — объявил Патрик. — Скрестив ноги. Он был совершенно лысым и держал в руке какой-то письменный прибор. Удивительно, настоящее дежавю!

Питер повернулся к Патрику, его глаза сияли от восторга.

— Вы понимаете, что мы нашли? Мы стоим в погребальной камере Имхотепа, великого вселенского гения, воплощения Тота, создателя культуры, праотца египетской письменности и мудрости, предшественника Гермеса и греческой науки. Это… — он развёл руками, — …это, пожалуй, величайшая находка в истории, Святой Грааль и Ковчег Завета, два в одном! Даже если бы она не привела нас к легендарному архиву знаний, о котором говорил Эхнатон, и к Изумрудной Скрижали, она всё равно была бы ценнее любого Тутанхамона или любого Паленке!

— Сокровище, говорите? — крикнул Джейсон из угла комнаты. Он стоял перед проходом, светя фонариком в глубину. — Думаю, вам стоит взглянуть на это!

Они поспешили на голос, остановились рядом с Джейсоном и увидели то, что он обнаружил.

Это был зал, вдвое больше того, в котором они были раньше. Четыре ряда высоких, стройных колонн создавали впечатление церковного нефа. С противоположного конца на них смотрела массивная статуя сфинкса, занимая почти всю ширину стены. Чуть ниже потолка из стены торчала голова, под ней выгибалась грудь, а ещё ниже, из камня, выдавались две каменные лапы высотой почти два метра. Кроме массивной статуи, неприметной колоннады и нескольких скромных фресок, помещение было практически лишено украшений. Пол преподнёс последний сюрприз: дюжина прямоугольных отверстий, каждое размером с шахту лифта, расположенных ровными рядами между колоннами и простирающихся от входа до самого сфинкса. Всё это напоминало огромную решётку. Джейсон посветил фонарём в одну из шахт, которая только что открылась перед ними. Стены шли по диагонали и, по-видимому, изгибались на глубине нескольких метров, поскольку дна не было видно.

— Что это такое? — спросил Патрик. — У вас есть идеи, для чего это может быть использовано?

— Нет... — тихо ответил Питер. — Я никогда не видел ничего подобного!... Я понятия не имею, какой цели это может послужить.

Они вошли в комнату и осторожно прошли между шахтами, стараясь не сделать неверный шаг и не упасть в них. Патрик освещал каждую шахту, мимо которой они проходили. Ни у одной из них не было видимого дна. И ни одна ничем не отличалась от других. Внезапно свет фонарика осветил ужасающую картину. Мелисса вскрикнула от шока.

— Думаю, мы здесь не первые, — сказал Патрик.

С пятиметровой глубины на них смотрели глазницы человеческого черепа. Было видно только тело трупа, ноги исчезали за изгибом стены, словно человек застрял на повороте водной горки. На сморщенном лице сухая кожа туго обтягивала скулы. Почерневшие губы были оттянуты, обнажая зубы в подобии улыбки. Несколько сухих прядей волос остались, падая на лоб рядом с пятном, которое могло быть небольшим отверстием. С другой стороны череп был странно деформирован, покрыт остатками волос, костей и засохшей ткани. В этого человека стреляли! Питер отвернулся и глубоко вздохнул. Мелисса схватила Патрика за руку и крепко сжала.

— Он здесь уже давно, — буднично сказал Джейсон.

— Двадцать, тридцать лет, может быть, больше. Сухой воздух частично сохранил его.

— У меня очень плохое предчувствие, ребята, — сказал Патрик. — Действительно, есть люди, с которыми не стоит связываться, когда дело касается этой гробницы...

— Думаю, можно и так сказать, — подтвердил Питер. — Хотя мы и так это знали... По крайней мере, с тех пор, как нашу машину обстреляли!

— Да, — сказал Патрик. — Нам не следовало относиться к этому так легкомысленно.

Затем он поднял взгляд.

— Но теперь мы здесь, и что бы здесь ни произошло, это давно в прошлом. Нам всё равно нужно найти этот зловещий архив знаний, раз уж мы здесь именно из-за него.

С некоторой нерешительностью они продолжили путь. Вскоре они достигли лап сфинкса, выступавших из стены, и взглянули вверх.

— Он выглядит совершенно иначе, чем Сфинкс из пирамид, — заметил Патрик.

— Вы имеете в виду ту знаменитую... из Гизы... да? — спросил Джейсон, ища возможности поговорить. Открытия явно его воодушевили. — Это потому, что у него больше нет первоначальной головы, её отреставрировали во времена Хефрена, и никто не знает, как она выглядела раньше. Может быть, как эта, а может, и гораздо старше.

— Тихо! — прошипел Патрик.