— Подробностей, безусловно, хватило бы на приключенческий рассказ на целый вечер, — вмешался Питер, — но вкратце можно сказать следующее: эта пещера, по всей видимости, датируется XII веком, по крайней мере, согласно нашему анализу. Однако она была украшена надписями, написанными на иероглифах и языках, неизвестных в то время в Европе, например, клинописью и майя. Как мы узнали из переводов, эти тексты указывали на общие черты в мифах о происхождении мира и человечества, созданных разными культурами. Более того, мы обнаружили бесчисленное множество граффити — надписей, сделанных в более поздние времена людьми, забредшими в эту пещеру, на греческом и латыни. Каждая из них выражала определённое благоговение и смирение перед величием истории и мира, столкнувшегося с тщеславием отдельного человека. Глубоко в пещере наблюдалось необъяснимое явление синего свечения, и пастух, оказавшийся там, потерял рассудок.

— То есть этот синий свет был опасен? — спросил Гарднер.

— Можно и так сказать, — подтвердил Патрик. — Я лишь на мгновение засунул туда голову, и, скажу я вам, это было неприятно. По сравнению с этим вчерашний удар током был сущим пустяком.

— Мы узнали, — продолжал Питер, — что глубокая часть пещеры, залитая синим светом, представляет собой архив знаний. Об этом же свидетельствовал и центральный рельеф на полу, который мы расшифровали уже после. Любой, кто входил в этот архив, оказывался завален хранящейся там информацией, и человеческий разум был просто перегружен. Нечто подобное, должно быть, происходило и с беспечными исследователями... Они входили в пещеру здоровыми, а выходили оттуда с помутившимся рассудком... Некоторые из них нацарапывали на стенах насмешливые или жалкие изречения... Безумные, конечно, но отмеченные знанием, превосходящим все границы. Они цитировали мировую литературу или писали на давно вымерших языках. То же самое было и с пастухом, разысканным в санатории Патриком, который вдруг начал бессвязно бормотать на латыни.

— Господа, это невероятно!

— В самом деле, — сказал Питер.

— К сожалению, эта пещера исчезла, но легенда, сложившаяся вокруг нее, позволяет нам предполагать, что, возможно, существуют и другие архивы подобного типа.

— Что это за легенда?

— Ходили слухи о тайной группе под названием «Сфера Монсегюра». Предположительно, они создали этот и последующие архивы знаний в доисторические времена, сохраняя утраченные, высокоразвитые знания некоей исчезнувшей цивилизации и делая их доступными людям только тогда, когда те созрели для этого.

— Захватывающая идея, — признал Гарднер. — Но и совершенно фантастическая, не правда ли? Какая цивилизация могла достичь такого высокого уровня развития? И кто бы сегодня охранял эти архивы?

— Пещера во Франции на самом деле охранялась тайной организацией под названием «Храм Соломона». Её члены, как мы позже узнали, чинили нам препятствия.

— Но это не объясняет, — сказал Гарднер, — ни откуда взялся этот архив, ни правдива ли эта легенда хотя бы отчасти, ни существуют ли на самом деле другие подобные места.

— Конечно, — сказал Патрик. — До сих пор мы понятия не имеем, какие технологии тогда использовались. Они, несомненно, существовали и функционировали. Это научная сенсация. Поначалу мы даже не предполагали, что подобные архивы могут существовать… И всё же… Мы уже тогда положили глаз на Египет… И когда пришло ваше приглашение…

— Очень рад это слышать, — ответил Гарднер. — Иначе вас, джентльмены, не так легко было бы убедить, а?

И он улыбнулся.

— Может быть, — согласился Патрик.

— Понятно, — сказал Гарднер. — Как вы думаете, пирамидион указал вам направление?

— Я абсолютно в этом уверен, — ответил француз. — Я не могу объяснить лучше. Но всё, что Питер узнал до сих пор, должно быть достаточно убедительно. Свет был точно такой же, как в пещере, только другого цвета. И были инструкции.

— Инструкции?... Описание маршрута?... Какое-то видение?... — Гарднер выглядел неубеждённым.

— О да, — сказал Питер. — Поверьте мне. Я, конечно, последний человек, которого впечатлит какое-то метафизическое зрелище. Как вы, вероятно, знаете, я давно изучаю религиозные, эзотерические и оккультные традиции. Я не из тех, кто верит в пророческие сны, видения или другие чудеса. Но то, что мы видели, было реальностью.

— Это определенно не имеет никакого отношения к мистицизму, — вмешался Патрик. — Я уверен, что это работа каких-то знаний, какой-то технологии, которую мы пока не понимаем.

Гарднер пожал плечами.

— Наверное, это одно и то же, да?

— Несомненно, — сказал Питер.

— Итак, расскажите мне ещё раз, что вы видели, Патрик, — сказал Гарднер. — Может быть, это нам поможет.

— Я попробую, — сказал Патрик. — потому что это все, что у нас есть!

Затем он подробно рассказал о своем видении, которое началось с полета над египетской пустыней.

— Первое, что на что я обратил внимание, — это ибисы и человек на саркофаге, — сказал Питер. — Для древних египтян эти птицы были священными и олицетворяли бога Тота, носителя знаний. Мы ищем его архив, так что эти сотни ибисов очень хорошо вписываются в общую картину.

— А этот человек?