Я заставляю себя сделать еще один глоток дешевого, теплого пива из моей кружки, надеясь, что алкоголь поможет снять напряжение — поскольку тренировка, почти случившаяся интрижка, холодный душ и моя рука явно не помогли. Но все, что оно, кажется, делает, это неудобно сидит в моем желудке.

Боже, я жалкий.

Тем не менее, я цежу свое пиво, мои глаза сканируют толпу передо мной, пока я погружаюсь глубже в старый, изношенный диван. Я думал, что мне пойдет на пользу выбраться и попытаться проветрить голову, поэтому я пошел вместе с Чейзом и большей частью команды на очередную вечеринку братства. Я чувствую, что в последнее время я сильно сократил количество вечеринок, и пришло время выйти и немного оглушающе повеселиться с парнями.

Хотя, кажется, я делаю что угодно, только не веселюсь.

— Почему такой мрачный, приятель? — спрашивает Бреннен, плюхаясь рядом со мной.

Я слегка подпрыгиваю, часть пива выплескивается из моей кружки на мою рубашку, когда я был на середине глотка.

— Ничего, — ворчу я с горечью, агрессивно смахивая жидкость со своей рубашки.

— Не похоже на «ничего», — дразнит Бреннен.

— Отвали.

Толстые брови Бреннена взлетают к линии роста волос.

— Ладно, кто-то раздражен.

Наступает тишина, если не считать вечеринки, бушующей вокруг нас.

— Все ли в порядке между тобой и Лив? — тихо спрашивает он, в его голосе искреннее беспокойство.

Я резко поворачиваю голову в его сторону. Чувак, он действительно знает, как ударить парня по больному месту, да?

— Почему ты спрашиваешь? — парирую я немного слишком резко.

Его губы сжимаются в тонкую линию, карие глаза сочувственны.

— Я слышал о твоем небольшом взрыве в лаборатории на днях.

Отлично. Моя вспышка стала новостью и распространяется по кампусу. Чертовски фантастично.

Я стону, раздраженно зажимая переносицу.

— Послушай, чувак, я знаю, что она тебе нравится...

— Откуда ты знаешь, что она мне нравится? — быстро, возможно, слишком быстро, перебиваю я.

Он одаривает меня понимающей улыбкой, и я избегаю его взгляда, притворяясь, что меня интересует заусенец на моем большом пальце.

— Это довольно очевидно. То, что ты заставил ее надеть твою джерси на игру в честь возвращения, то, что ты проводишь с ней много времени, то, как ты на нее смотришь...

Я вздыхаю в ответ. Нет смысла отрицать это.

— В любом случае, это не имеет значения. Я облажался.

— Это не значит, что ты не можешь раз облажаться, — парирует он.

Я жалко пожимаю плечами, насупившись.

Бреннен кладет сильную, утешающую руку мне на плечо.

— У тебя случился один небольшой взрыв. Ничего, что извинение и объяснение не смогли бы исправить.

— Эй, Бреннен! — раздается низкий голос из столовой, где выстроились столы для бир-понга. Бреннен и я смотрим вверх и видим Боди из баскетбольной команды, нетерпеливо машущего ему.

— Хочешь сыграть? — спрашивает меня Бреннен, с надеждой.

— Не, чувак. Я пас.

Он бросает на меня понимающий взгляд и снова сжимает мое плечо, прежде чем встать и направиться к столам.

Я погружаюсь глубже в диван, заставляя себя цедить пиво в моей кружке, пока смотрю. Как только моя кружка пустеет, я с трудом встаю и иду на кухню за еще одним пивом, начиная чувствовать легкость в ногах от тех четырех, которые я уже выпил.

Как только я собираюсь проскользнуть через вход на кухню, тонкая загорелая рука проносится поперек него, ухоженная рука с черным лаком для ногтей ложится на дверной косяк, чтобы преградить мне путь. Мой взгляд скользит вверх по руке и через голое плечо, чтобы встретиться с парой знакомых злобных зеленых глаз.

— Привет, Бронкс, — говорит Адрианна со злобной улыбкой.

Я вздыхаю.

— Я не в настроении, Адс.

Ее рука остается лежать на дверном косяке, не давая мне войти на кухню.

— Твоя вспышка гнева в лаборатории на днях случилась довольно Оскароносной, — комментирует она. — Оставил этих ботаников за твоим столом ошеломленными.

Моя челюсть подергивается.

— Двигайся, — требую я, мой голос тверд. Я размышляю, не нырнуть ли под ее руку, чтобы проскользнуть мимо, но не думаю, что наша разница в росте — или алкоголь в моей системе — позволит мне грациозно прогнуться под ее рукой.

Адрианна остается на месте, ухмылка расплывается по ее лицу.

— И ты думал, что одурачил ее.

Моя кровь кипит, и прежде чем у меня может случиться еще один публичный взрыв — чем Адрианна бы восторжествовала — я разворачиваюсь на каблуках и проталкиваюсь сквозь толпу, чтобы убраться от нее подальше. Я направляюсь прямо на задний двор, нуждаясь в свежем воздухе. Я не собираюсь стоять и играть с ней в кошки-мышки всю ночь. Я пришел на эту вечеринку, чтобы попытаться расслабиться и забыть обо всем.