Анна подходит к окну и встает рядом со мной, выглядывая наружу ровно в тот момент, когда Рори и собаки скрываются из виду.

— Очень мило, — говорит она, быстро окидывая взглядом пейзаж.

— Там, за лесом, есть тропинка к лодочному домику, который построил дед Рори. Можно переплыть озеро и подняться к маленькому коттеджу на вершине холма, откуда видно море, — говорю я, но Анна уже отвернулась и выдвигает ящики, заглядывая внутрь.

— Просто проверяю, вдруг кто-нибудь забыл бесценные драгоценности во время прошлого визита.

— И как, нашлись?

— Ничего, — она пожимает плечами. — Ну и чем тут вообще можно заняться? В таких местах наверняка полно секретов…

Я на мгновение хмурюсь. Есть что-то тревожащее в том, что она здесь, в этом месте. Я выстроила себе распорядок: утром — подъем, кофе на кухне и болтовня с Джейни, пока она мечется между кухней и кабинетом. Грегор приходит с охапкой овощей из огороженного сада, всегда не прочь поболтать и поделиться сплетнями от работников поместья. Поездки к конюшням, к Кейт, понянчиться с новорожденными жеребятами.

Все это казалось прекрасным — пусть и временным — сном. А теперь выглядит как нечто, что я могу потерять.

Анна окидывает меня взглядом с головы до ног.

— Ты выглядишь очень… деревенски.

— Я вписываюсь.

— Вместе с овцами?

Я поднимаю руку к волосам. Утром я их расчесала, но поездка по коттеджам с Рори наверняка оставила меня слегка растрепанной.

— Это образ, — она ухмыляется, и на секунду все кажется привычным. — Не могу дождаться, когда нормально познакомлюсь с герцогом. Он выглядит чертовски горячо.

— Я… — я запинаюсь, подбирая слова.

— Боишься, что я уведу его у тебя из-под носа? — она тихо смеется.

Я делаю вдох и пытаюсь понять, что ответить, пока она наклоняется к зеркалу и проверяет помаду.

— Ну что, пойдем узнаем? — берет инициативу на себя она. — Я только шарф возьму.

В коридоре я слышу знакомый низкий рокот голоса Рори еще до того, как вижу его. Что-то о проблеме с Дефендером. Тон резкий, сдержанный, раздраженный. Потом он появляется внизу лестницы — с видом человека, чьи планы кто-то взял и успешно испортил.

Рукава рубашки закатаны, на предплечье — мазок масла. Он хмурится, затем поднимает взгляд, и, когда наши глаза встречаются на мгновение, выражение его лица смягчается.

— Эди, — говорит он, — я хотел с тобой поговорить, если ты…

Его голос мгновенно холодеет, когда за моей спиной появляется Анна.

Она выходит вперед с лучшей своей обаятельной улыбкой — той самой, что открывает двери переговорных и позволяет попасть в закрытые клубы.

— Мы толком не познакомились раньше. Вы, должно быть, знаменитый Рори. Анна. Я слышала о вас… столько всего.

Он бросает на меня взгляд настолько мимолетный, что его легко пропустить, колеблется долю секунды и пожимает ей руку, безупречно надев аристократическую маску.

— Добро пожаловать.

Вежливо. Отстраненно. Одна бровь едва заметно приподнята, если не знать его, можно решить, что лицо у него совершенно нейтральное. По выражению пробегает что-то нечитаемое. Я думаю, не решил ли он, что это я пригласила ее сюда, что все было спланировано. Я не знаю, как объяснить ему, что это последнее, о чем я думала, но сейчас явно не время.

— Прошу прощения, — говорит он, отворачиваясь. — Мне нужно сделать звонок.

Анна смотрит, как он исчезает в коридоре, затем поворачивается ко мне с кошачьей улыбкой.

— Господи, — шепчет она. — Он не то чтобы теплый, да?

Я смотрю на место, где он только что стоял.

— Это не первое слово, которое приходит в голову, — отвечаю я после короткой паузы.

— Зато чертовски горячий. Вся эта застегнутая на все пуговицы сдержанность. Готова поспорить, в постели он — динамит.

Я прикусываю язык и очень медленно выдыхаю через нос, прежде чем натянуть нечто, отдаленно напоминающее улыбку.

Позже Анна говорит, что хочет вздремнуть, и я хватаю ключи от машины и сбегаю к конюшням. В них есть что-то заземляющее — знакомый запах сладкого сена и сырого камня, успокаивающий дух лошадей. Я вдыхаю все это, идя рядом с Кейт проверять кобыл в загоне.

Кейт бросает на меня косой взгляд, пока мы молча идем рядом.

— Так это твоя соседка по квартире?

— Хозяйка, соседка… все в одном флаконе.

— Значит, вы давно знакомы.

Я киваю.

— Это…

— Сложно? — Кейт поднимает щеколду ворот, и я прохожу вперед, наблюдая, как кобылы хайлендских пони поднимают головы от травы, убеждаются, что все спокойно, и возвращаются к важному делу — еде.

Их настороженность мне понятна. С появлением Анны я и сама чувствую себя странно, будто две части моей жизни, которым не суждено было пересечься, каким-то образом спутались.

— Сложно — хорошее слово.