— И что заставляет тебя думать, что мне есть дело до слов мертвецов? — горько рассмеялся Эмрис. — Я не говорю за своих предков, и они уж точно не говорят за меня. Я не заключал сделок с Ардером.

Я выглянула из-за руки Эмриса, и лицо мужчины смягчилось при виде меня.

— Свет внутри тебя. Он растет, не так ли? Мы должны забрать тебя назад.

— Не смей говорить с ней, — прорычал Эмрис. — Если думаешь, что сможешь забрать ее, попробуй. Но придется ползти обратно к своему королю кусками, слишком мелкими, чтобы он смог тебя собрать.

Локус улыбнулся, и с корабля сошел другой мужчина. Он тоже был с головы до ног одет в глубокий малиновый цвет. Он был высок, лицо скрывал капюшон его плаща.

Кто он? Он начал тянуться к скрытому карману, и Локус выставил руку, останавливая его.

— Ты даже не знаешь, не так ли? — спросил меня Локус теплым тоном. — Сила твоей матери была из-за пределов нашего мира. Но… она родилась на нашей земле. Твоя мать была Ардерийкой.

— Ты лжешь. — сказала я.

— Неужели? — глаза Локуса блеснули. — Она сбежала от нас по причинам, которых нам никогда не понять. Это действительно разбило нам сердца, — вздохнул он. — Но теперь ты здесь. Окружена людьми, которые боятся самой силы в твоих жилах. Мы бы не смотрели на тебя так. Мы бы поклонялись тебе так, как ты заслуживаешь!

Большой змей, сотканный из тени, вырвался из-под ног Эмриса и вытянулся прямо перед Локусом. Он оскалил свои ужасающие большие клыки перед его лицом.

— Довольно.

Локус отступил на полшага, но человек в капюшоне рядом с ним, казалось, был на взводе. Он быстро переводил взгляд между Эмрисом и Локусом.

— Пойдем с нами, Айла. И мы дадим тебе правду, которую Эмрис, уж точно, не может, — сказал Локус. — Он знает больше, чем показывает, и держит тебя в неведении из страха.

— Я сказал, довольно! — закричал Эмрис, и змей рванул вперед еще сильнее.

В долю секунды таинственный мужчина рядом с Локусом вытащил цепной меч. Он обернул его вокруг Локуса, и змей отступил, чтобы не быть задетым. Он зашипел на них обоих. Эмрис крепко сжал кулаки по бокам. Было ясно, что он не хотел начинать ничего серьезного сейчас, когда у нас уже была война с Галиной.

Локус вздохнул и одарил меня усмешкой.

— Вернись домой к нам, — Он протянул ко мне руку, и змей Эмриса снова атаковал, целясь в его руку, на этот раз быстрее. Слишком быстро, чтобы таинственный мужчина успел среагировать.

Он поморщился от боли и, изрыгая проклятия под нос, упал на землю, когда его отрубленная кисть упала на землю. Мужчина рядом с ним снова приготовил свой меч, но Локус остановил его:

— Нет!

Локус пробормотал слова, которых я не могла понять. Это не был ни один из языков, которые я слышала в Малифике или Галине. Когда он закончил говорить, его рука отросла. Он пошевелил новыми пальцами и наклонился к своей отрубленной кисти. Он снял с нее перчатку и надел на свою новую руку.

Я была почти слишком ошеломлена, чтобы говорить. Он регенерировал конечность. Я думала, только я обладаю силой исцеления. Он усмехнулся шокированному выражению моего лица.

— Я не пойду с тобой, — сказала я, едва выговаривая слова правильно. — Кем бы ты меня ни считал, что бы ты ни думал, что можешь мне предложить — я не хочу.

Я хотела. Но я не могла уйти. Я заключила сделку, и мне нужно было довести ее до конца.

Локус замешкался, словно раздумывая, стоит ли давить сейчас. Затем, с медленным кивком, он отступил. Таинственный мужчина подобрал отрубленную кисть и спрятал ее в свой плащ. Меня чуть не вырвало при виде этого. Зачем она им могла понадобиться?

Когда они попятились к своему кораблю, я прерывисто выдохнула, напряжение все еще клубком сидело в животе.

Эмрис заговорил со мной, но продолжал смотреть, как корабль отправляется обратно через море.

— Твой ответ не имел бы значения. Ты никогда не ушла бы.

Я смотрела, как волны яростно разбиваются о берег, разочарование бурлило внутри меня.

— Ты знаешь больше, чем показываешь?

Он покачал головой. Лжец.

Глава 40. Ксавиан

Ни одна черная магия никогда не высасывала из меня жизнь так легко, как звук ее голоса, велевшего мне уйти.

Последнее десятилетие я наблюдал, как Эмрис раздирает это королевство на части с самого начала своего правления. Забирая и забирая, и при этом никогда не насыщаясь. И мне было плевать. Черт, я даже помогал ему в этом, когда он приказывал.

Но я не был жертвой. Было много случаев, когда ему даже не нужно было просить меня о чем-либо. Я убивал тысячи, сжигал деревни и города, пытал невинных и многое другое. Все ради собственного удовольствия и попытки заполнить пустоту внутри себя.

Долгое время я верил, что магия, которой он меня наделил, полностью исказила мой разум. Но я ошибался. Магия лишь усилила мысли, которые у меня уже были. Моими глубочайшими желаниями были боль и разрушение, причиняемые другим. Неудивительно, что богиня не захотела иметь со мной ничего общего.