— Он сказал, что неважно, уйдёшь ты в НХЛ или вернёшься к отцу, потому что меня нигде не примут.

Я убью его. Серьёзно, убью. Но сначала донесу до неё главное: я никуда не денусь.

— Если ты уже что-то поняла обо мне, так это то, что мне плевать, что думают другие. Кроме тренера, команды, сестры и тебя, — мне сложно объяснить ей внутреннюю войну о будущем. Мечты или долг перед семьёй. — Я не хочу втягивать кого-то в своё решение, поэтому не загадывал дальше нескольких месяцев. Но, что бы ни случилось, я хочу, чтобы ты была со мной, — приподнимаю её подбородок. — Поняла?

— Да? — уголки её губ дрогнули. — Я тоже хочу быть с тобой.

Сердце колотится, будто я откатал спринт на льду. Так сильно, что кажется, застряло в горле. Но я выдавливаю:

— Я люблю тебя.

Она выпрямляется, встречая мой взгляд.

— Я тоже люблю тебя, Аксель.

Целую её нежнее, чем хочется, не хочу напугать. К счастью, Надя отвечает с той же страстью, и вскоре мы уже дышим чаще, прижимаясь друг к другу.

— Я не знаю, что будет дальше, но мы разберёмся вместе, ладно?

— Ладно.

Приподнимаюсь, укладывая её на кровать. Наклоняюсь, проводя пальцами по её лицу.

— И, если я ещё не ясно дал понять, любой был бы счастлив видеть тебя в свадебном платье, — опускаю руку на её живот. — Или вынашивающей его детей.

Я говорю о себе, но не хочу её пугать. Пока. Но однажды я уговорю её выйти за меня и родить мне кучу детей. Однажды. Когда всё решим.

А пока я раздеваю её, снимая футболку и лосины. Она просто божественна.

— Господи, ты прекрасна, — касаюсь кружева бюстгальтера. Она жадно тянется к моей футболке. Снимаю её, и её пальцы скользят по груди, останавливаясь на повязке.

— Это новое? — она трогает край. — Можно?

Киваю и морщусь, когда она отклеивает пластырь.

— Я был в тату-салоне, когда написала Твайлер.

Она аккуратно снимает повязку, открывая свежую татуировку. Ничего серьёзного, просто момент, который хочу сохранить.

— Серьёзно? — она смотрит на цифры 110. — Ты сделал тату, чтобы запомнить как я впервые тебе отсосала?

— Я хочу помнить каждый момент с тобой, — отодвигаю чашку лифчика, касаясь соска. — Видеть тебя на коленях, принимающей меня всего. — Сглатываю ком в горле. — Это был важный момент. Ты доверилась мне.

Её глаза сияют, и я вижу в них любовь. Чувствую её с каждым ударом моего сердца.

Теряю терпение и раздеваю нас полностью, прижимаясь членом к её влажному теплу. Нет времени на прелюдии. Хочу быть внутри. Чувствовать, как она сжимается вокруг.

Но тут стук в дверь.

— Надя, — голос Твайлер за дверью, — Ты в порядке?

— Гребанный ад, — бормочу, опуская голову на её плечо с хриплым смешком.

— Всё хорошо, Твай, — Надя прочищает горло. — Здесь Аксель.

Мой член пульсирует, касаясь её входа. Сдерживаюсь из последних сил.

— О… хорошо — голос Твайлер за дверью звучит выше. — Скажи Акселю, что я против, чтобы он использовал наши окна как вход и выход.

Надя улыбается, зная, что я вот-вот сорвусь.

— Больше никогда, — вхожу в неё на дюйм глубже с глубоким стоном. — Обещаю.

— Хорошо, благодарю.

Ждём, пока шаги не затихнут. Член пульсирует, и я больше не могу терпеть, приподнимая её ногу и входя глубже.

Идеально.

— Эй, — даю ей привыкнуть к ощущениям, — Я люблю тебя.

Её пальцы в моих волосах, она притягивает меня ближе.

— Я тоже люблю тебя.

Остановившись в дверях, я бросаю последний взгляд на спящую Надю и тихо прикрываю дверь.

— Смываешься?

Голос тихий, но низкий. Знакомый. От этого мое сердце не перестает колотиться так, будто рвется наружу.

— Господи, Кэп, — выдыхаю я, пытаясь прийти в себя, пока разглядываю Риза, развалившегося на диване. — Напугал до чертиков.

— Прости, — говорит он, но усмешка выдаёт обратное.

— Я даже не знал, что ты здесь.

— Не удивлён, — он закатывает глаза. — Звучало будто вы оба сильно заняты.

Теперь усмехаюсь я.

— Завидуешь?

— Ни капли. — Рядом с ним ноутбук и тетрадь. — Я пришел час назад, но у меня есть не сданная работа. Когда Твайлер уснула, решил закончить.

Натягиваю куртку.

— Эх, предпоследний семестр. Почти свободны.

— Нам бы ещё сдать экзамены и выиграть чемпионат, так что не торопись. — Он кивает на куртку. — Куда собрался?

— Да так, нужно кое-что уладить.

— В два часа ночи?

Застёгиваю молнию.

— Вообще-то да. Не терпится.

Риз захлопывает ноутбук, полностью сосредотачиваясь на мне. Блядь. Он последний, кому нужно знать о моих планах. Надо было уходить через окно.

— Это как-то связано с тем, почему Надя сегодня расстроилась?

Не люблю лгать Ризу. Он друг, который выручал меня в самых сложных ситуациях. Но мы не зря в шутку зовём его Капитаном Америкой. Он хороший парень, а то, что я собираюсь сделать, явно не в его правилах.