– Не бойтесь. Это совершенно нормальный ребенок. С ней нужно просто аккуратно обращаться, – сказала Вера, стесняясь своего домашнего вида. – Поздороваться за руку с ней нельзя, но зато можно поболтать, Анжелика читает очень много книг. Правда, Ангел?

Дочь кивнула в ответ.

Володя и Зоя прошли в детскую комнату.

– Привет! Посмотри, что мы с тетей Зоей тебе принесли, – он присел перед ней и открыл коробочку с брошкой. Девочка погладила ее ярко-розовым пальцем с коростами по жемчужному брюшку и серебристым крылышкам с узорами.

– Давай я прицеплю ее тебе на одежду! – предложил Володя.

– Давай, – согласилась девочка.

Он защелкнул замочек на цветастой вязаной кофточке, накинутой прямо поверх бинтов. После чего Анжелика принесла им несколько книг с картинками и показывала, что они с мамой прочитали. Зоя наблюдала, как Володя увлеченно слушает и подыгрывает ей, восхищаясь удивительными историями и захватывающими приключениями. Если бы его дочь выздоровела, они бы болтали сейчас точно так же. «Но у него могут быть еще дети…», – от этой мысли щеки Зои зарделись румянцем.

– Хорошо, что вы зашли. У Анжелики так мало друзей, она всегда дома. Боюсь, вдруг ее кто-то толкнет во дворе или сама упадет с горки или в песочнице, тогда серьезной травмы не избежать. Дети всегда такие подвижные! Но Анжелика постепенно учится себя оберегать, старается не падать и аккуратно ходить. Мое сокровище! – Вера поцеловала дочь в макушку, слегка ее коснувшись. – Хотите чай?

– Нет, спасибо, Вера, мы уже уходим, – сказал Володя. – Когда будет возможность, навестим вас снова.

Они некоторое время играли в космонавтов и в капитанов дальнего плавания, после чего Володя и Зоя помахали Анжелике и ее маме на прощание.

***

Они шли по шумному столичному бульвару, задумчивые и тихие.

– Какая смелая, отважная девочка, – еле слышно произнесла Зоя, сжимая рукав плаща Володи, – мужественно переносит тяготы жизни.

– Зачем-то ее душа выбрала это испытание, – он пожал плечами. – Мы лишь можем помочь пройти ей этот путь, проявляя великодушие. Для меня смысл жизни в этом: прожить не впустую, а чтобы оставить после себя хоть что-то хорошее, помочь кому-то.

Время близилось к обеду, им захотелось перекусить.

– Выпьем чая со сладкой картошкой? – предложил Володя.

Зоя кивнула. Они зашли в кондитерскую и устроились за маленьким столиком возле окна.

– Ты серьезно говорил про пошив пальто? – Зоя взяла руки в замок и улыбнулась в него. Она следила, как взгляд Володи блуждает по ее темно-синему платью.

– Да, действительно хочу попробовать свои силы в этом деле. Я уже выплавил пуговицы и сделал на них узор в виде ястреба. Только это строго между нами. Не хочу, чтобы об этом кто-то знал… Мужчина – швея! – он шутливо повел глазами, и Зоя рассмеялась.

– Да ладно тебе, – она махнула рукой. – Первыми вязальщиками, например, были мужчины. Так возникло искусство макраме. Матросы во времена парусного флота развлекались тем, что оплетали узелками бутылки, рукояти ножей и делали панно для капитанской каюты. Переживать не о чем! Но если ты так хочешь, я, конечно, никому не скажу. Попробую попросить у Владлены Михайловны отрез ненужной ткани, чтобы скроить пальто по твоим меркам.

– Ты будешь снимать с меня мерки? – спросил Володя загадочным голосом, скрестил руки на груди и наклонился к ней.

– Представь себе! Только вот как доставить на Патриаршие швейную машину?

– Предоставь это мне, – он откинулся обратно на спинку стула. – Я могу заехать… – задумался, подняв глаза в потолок, – в среду вечером на рабочей машине с водителем, заберу твой «Зингер», и мы… снова увидимся.

Он взял ее руку в свою.

– С тобой так легко, – Зоя смотрела, как он играет с ее пальцами. – Мне наконец-то легко дышать, перестал болеть желудок и прекратились мигрени. Удивительно! Раньше я жила как на вулкане. Мать меня всю жизнь пугала, что бросит, внезапно или назло мне умрет, отдаст в детдом. Теперь я так боюсь остаться одна.

– Никому больше не говори о терзающих страхах, иначе тебя будут использовать в своих интересах, – он выпустил ее руку, выпрямился и посмотрел ей серьезно в глаза. – И оставь попытки заслужить чью-то любовь. Это невозможно сделать. Только будешь выглядеть униженной. Поверь, ты хороша такая, какая ты есть, лучшая в своей неидеальности.

Официант принес им пирожные и чай. Несколько часов они обсуждали то, как им жилось в разлуке, вспоминали отпуск в Молдове, смеялись, пробовали пирожные и перемазались кремом, как дети. И когда бульвар зарозовел от раннего осеннего заката, они вышли из кафе и медленно пошли к общежитию, держась за руки.

– Завтра начинается новая рабочая неделя. Так не хочется снова с тобой расставаться, – Володя смотрел на нее с нежностью.

– Я приду в следующие выходные. А ты попробуй снять с себя мерки, – она усмехнулась.

– Ну уж нет! Я подожду до субботы.

Володя легко коснулся губами ее щеки, отчего она смущенно опустила глаза.

Глава 29. Ты такая красивая!