– Как там Беккет? Угомонился? – полюбопытствовала я, вспомнив про буйного питомца. Завелся он у меня примерно так же, как и супруг. Случайно. Забрел в наш сад, да и прибился ко мне. И сейчас не слишком большой и оттого глупый, а тогда вообще малышом был. До сих пор удивляюсь, как он у нас оказался – на лапках-то еле стоял! Неделя-две отроду, не больше. Но с первого дня признал меня хозяйкой, на остальных реагировал совсем иначе. Пришлось оставить.

– Да, я его молочком напоила, он и сменил гнев на милость, – улыбнулась Генриетта. – Накрыть вам обед?

– Благодарю, чуть позже, пока я займусь другими делами, – с этими словами я направилась в свои покои. Мне действительно было, чем заняться. Достав бумагу и ручку, я, тщательно подбирая слова, начала составлять письмо. Мне нужно было рассказать о произошедшем, но при этом не перегнуть палку, чтобы адресат не наделал глупостей. Занятие оказалось крайне утомительным и сложным, я даже не предполагала, что настолько. Спасало только одно – я слишком хорошо знала, кому пишу, и могла предугадать все реакции. Но легче от этого не становилось.

На очередном слове моя рука дрогнула – мне на колени запрыгнул Беккет, непрозрачно намекая, что я занимаюсь всякой ерундой. Это преступно, когда есть более важное занятие – гладить его и играть с ним.

– Видишь, в какой переплет я попала? – обратилась я к малышу. – Кто бы мне еще дал ответ, почему магия нас с ним связала. Если меня там и близко не было.

Бекки с любопытством на меня посмотрел, будто в самом деле понимал, о чем я говорю, а потом подался вперед и осторожно тыкнул лапкой в сторону браслета, еще и принюхался.

– Да-да, я об этой гадости как раз и говорю, – согласилась я. – И снять его теперь не получается. Видишь, даже застежка исчезла. Это нужно только какой-то обряд проводить для аннулирования брака, боюсь, другого пути нет. Кстати, а тебе как Лайонел?

Это, конечно, глупо – вот так беседовать с котенком, только я не могла отделаться от ощущения, что он меня прекрасно понимает. Вот и сейчас он возмущенно что-то мяукнул и, выпустив когти, слегка царапнул мне кожу. При этом у него даже шерсть встала дыбом. Я тут же возмутилась:

– Так, мелочь, еще одно поползновение в мою сторону, и ты без когтей останешься. Понял? – и подула на кровоточащую царапинку на своем запястье. Беккет тут же плюхнулся на попу и уставился на меня невинным взглядом, как бы говоря: «А я что? Я ничего. Я самый милый котенок в этом мире!». Вот только по его реакции было понятно: Лайонела он запомнил и теперь обязательно отомстит. Так, что мне на мгновение стало интересно: кто кого переиграет, кот или сильный маг?

Друзья, приглашаю вас в яркую взрывную новинку Светланы Томской "Тихоня против боевого мага". Вас ждут яркое противостоние героев, недопонимание и эмоциональные качели от ненависти до любви. Налетаем!

Алхимия против боевой магии! Интеллект против силы!

Лабораторная мышка против боевого мага!

Какой ещё совместный проект? Да мы поубиваем друг друга!

Эй! Руки убрал!

Глава 3.1

Невольно хмыкнула себе под нос, сообразив, что из малыша Беккета может стать неплохой козырь по организации дистанции с супругом. Впрочем, сегодня Лайонел доказал, что умеет управляться с крылатым пакостником.

Рассуждать об этом, конечно, хорошо, но письмо само себя не напишет. И следующий час я с муками и страданиями его писала. Так, что пришлось что-то зачеркивать, менять формулировки и прочие гадости. Когда я поставила точку, Бекки забрался на стол и провел когтем по бумаге, разрывая ее.

– Да, ты прав, это нужно переписать на чистовую, – согласилась я то ли с котом, то ли со своими мыслями. К счастью, просто безумно переносить на бумагу уже готовые фразы оказалось чуть проще, но и тут мне пришлось заменить несколько фраз. Поставив подпись, я пробормотала. – Надеюсь, не наделает глупостей.

И тут же усмехнулась. Будто я не знала, кому пишу! Но не написать просто невозможно. Поэтому я торопливо, боясь передумать, сформировала почтовое заклятье и отправила, нацелившись на конкретного адресата. Удобство такого колдовства перед почтовыми шкатулками в том, что письма сразу попадали в руки адресата вне зависимости от места его нахождения. Но и тут был нюанс – таким способом можно отправить записку только кому-то близкому, кого ты хорошо знаешь и помнишь ауру. До незнакомого человека так не достучаться.

Закончив с письмом, я призадумалась. Есть мне все равно пока еще не хотелось, натура требовала действовать, проблема была лишь в том, что я не знала, за что хвататься. Впрочем…

– Знаешь что, Беккет, давай-ка мы еще кое-куда заглянем,  – решила я, вспомнив рассказ Лайонела. Котенок вопросительно что-то промурлыкал, и я ответила. – Увидишь.

И вот тут – я поклясться готова – он мне кивнул. Наверное, я все-таки с ума схожу, раз не только разговариваю с котом, но и уверена, что он мне отвечает. Правда, на данный момент это меньшая из моих проблем, и с ней можно разобраться позже.

Выйдя из собственных покоев, я миновала коридор и подошла к лестнице, ведущей в башню. Именно так, под различными охранными заклятьями и хранились редкие артефакты, принадлежавшие моей семье. В том числе и живые. Одним из них было и оно. Родовое древо.