Но стихийная манна сильно влияет на носителя. Без крепкой психики легко сойти с ума или потерять контроль. Юные огненные маги иногда буквально взрываются от избытка силы. Маги Тверди медленно каменеют, Холода — замерзают, превращаясь в ледяные статуи. Маги Разряда могут испепелить себя, кинетики — нечаянно оторвать себе конечность. Лишь маги Света просто... светятся. Их часто нанимают на маяки, заменяя собой лампы. Некоторые, не выдержав, сводят счеты с жизнью, бросаясь с высоты. Маги Света в атакующем плане очень слабы — вспышка, луч, вот и весь арсенал, пока не достигнут ранга Мага. Другое дело — луч чистой божественной энергии. Вот это сила! Поэтому маги Света обычно сразу идут в послушники к какому-нибудь храму или, на крайний случай – секте , если, конечно, с головой дружат.

Всех магов, идущих по королевскому контракту, насильно преобразуют из нейтральных в стихийных. Процесс болезненный, не без жертв, но государству это выгодно. Для ритуалов в печатях призывают геннасси — гуманоидов-полуэлементалей с мощной стихийной составляющей.

Маги Тверди хороши в строительстве и фортификации. Огня, Хлада и Разряда — чистая боевая мощь на передовой. Кинетики нашли себя во флоте и в осадных машинах.

Магическое ядро можно извратить и иначе — превратить в колдовское или инфернальное, как делают дьяволопоклонники. А ведьмы переделывают свое целительное ядро в мэлроновое, заключая контракт с планом Мантид, получая власть над растениями, зельями и изощренными проклятиями. Храмовники к ведьмам относятся с подозрением, но обычно не трогают, в отличие от прислужников инфернальных сил и некромантов. С последними и борется инквизиция Этеса.

Колдовство в атаке превосходит стихийную магию, но не дает сильных защитных щитов. Его мощь питается прямым каналом с Бездной, открытым в ядре колдуна. Так же работает и божественная магия жрецов. Дикая манна Бездны могущественна, но колдун становится орудием воли того или иного обитателя тех планов. Инфернальные чернокнижники и некроманты — самые безумные, движимые жаждой убийств и распространением скверны.

На слуху у всех история пятилетней давности про барона Алистера. Тот, желая отомстить своему сюзерену, графу Бьюику, за бесчестье молодой жены (банально переспал с ней на банкете), решился на призыв демона. Пригласил графа с семьей в гости, принес в жертву полдеревни, провел ритуал... и вызвал демона Баалтора. Демон, явившись, сожрал души и барона, и графа, и неверную жену, и всех обитателей поместья. Инквизиторы еле изгнали тварь обратно. После этого власть храмовников резко возросла, и костры запылали ярче. Слухи, конечно. Слишком уж вовремя и удобно все вышло для укрепления власти храмовников и устранения неугодного королю графа, что бы заново распределить наследуемые земли.

А, да, у меня ведь тоже есть наследство – схрон База. Я пока его обхожу стороной. Место, конечно, уникальное — настоящая подземная кладовка, но сейчас лезть туда себе дороже.

Он находится в глубине пещерной системы, куда даже маги свой нос не суют. Блуждая когда-то по лабиринту, Баз наткнулся на брошенную, будто выдолбленную в самой скале, комнату. Вход в неё закрывала массивная, почерневшая от вековой сырости и времени деревянная дверь , окованная тусклым теперь металлом. Внутри стояли стеллажи — явно ещё со времён, когда эти катакомбы использовались по прямому назначению. На них когда-то хранили провиант, тот давно истлел в прах, но сами полки, обработанные забытым ныне искусством, не поддались ни гнили, ни жукам, ни самому времени. Камень крошился, а эта древесина лишь темнела и становилась твёрже, как камень.

Именно на этих вечных полках Баз и хранил свои сокровища: жалкие, по мнению Академии, обрывки знаний — книги, которые считались утерянными или бесполезными, золото , да несколько странных артефактов, чье назначение он не знал. Освещала схрон лишь жутковатая фосфоресценция мха, разросшегося по стенам и кристаллы синего минерала. Они источали достаточное сияние, для драконьего зрения База, привыкшего к полному мраку этих подземелий.

Проблема не в темноте. Проблема в другом. Во-первых, магический фон там... тяжёлый. Не просто высокий, а густой, неочищенный, будто сама скала пропиталась древней, дикой магией. Дышать им — всё равно что пить сырую, застоявшуюся воду из болота. Можно отравиться или, того хуже, гарантированно откинуть копыта. Кстати на кануне моего вселения , Баз как-раз ходил до схрона.....

А во-вторых, живность. Со временем в этих заброшенных коридорах обосновались пауки. Не те крошечные, что плетут паутину в углах, а крупные, молчаливые, с хитином цвета ночи. Хрен знает, чем они питались в кромешной тьме — друг другом, случайно забредшими крысами или тем, что притягивал тот самый грязный магический фон. Но Баз, с его уникальным умением, с самого начала взял их под свой контроль. Не убивал, нет. Он удерживал их примитивные тела тисками своей силы контроля плоти, и месяцами, подпитывал их собственной праной. Он стал для них не врагом и не добычей, а частью ландшафта — чем-то вроде тёплого камня или устойчивого потока воздуха. Они перестали на него реагировать.