Заведя руку за голову, я схватила Вина за волосы. Он прижался грудью к моей спине, и я почувствовала биение его сердца.

— Я сейчас кончу, — я повернула голову и стала двигаться с большим энтузиазмом, встречая его толчок за толчком.

Вин провёл языком по линии вокруг моего уха и дал необычное обещание.

— Я всегда заставлю тебя кончить, Ченнинг. Я никогда не делаю ничего наполовину.

Я застонала, испытывая дрожь желания и удовлетворения. Моё влагалище пульсировало вокруг его члена. У меня перехватило дыхание, когда я поддразнила его:

— Как думаешь, Наполеон когда-нибудь говорил что-то подобное, когда у него был этот стол?

Вин хмыкнул, прежде чем выпрямиться. Он продолжал двигаться позади меня, и я нашла своё завершение. И ахнула, когда мужчина шлёпнул меня по заднице в порыве страсти, прежде чем кончить в меня.

— Наполеон был недостаточно высок, чтобы трахать кого-нибудь на этом столе. — В его голосе звучало полное удовлетворение, когда он промурлыкал эти слова мне на ухо.

С хлюпающим звуком он вышел из меня. Слава Богу, в его кабинете была ванная комната для руководителей, потому что мы оба были в полном беспорядке.

Когда привели себя в порядок и перекусили давно забытой выпечкой, я наконец-то решилась спросить его, узнал ли он что-нибудь новое о поместье. От мрачного выражения его лица у меня по коже побежали мурашки. Очевидно, в этой истории было что-то ещё.

— Нужно проверить полы, — отрывисто ответил Вин. — Рокко сказал, что под ними, вероятно, есть безопасные комнаты времён войны за независимость. Держи Уинни пока подальше от поместья. Это небезопасно для вас обоих.

Я нахмурилась и провела пальцем по кончику его носа, и он не укусил его.

— Твой брат держит Уинни под замком. Он очень серьёзно относится к её безопасности.

Вин фыркнул.

— Сводный брат...

Я щёлкнула его по лбу и напомнила:

— У нас обоих есть призраки в этом доме, которых нужно изгнать. Чем больше ты хочешь, чтобы я держалась подальше, тем сильнее моё желание разнести это поместье по камешку.

Вин тяжело вздохнул и притянул меня ближе, чтобы обнять.

— Я поклялся, что буду защищать тебя от своей матери. Но не знал, как трудно будет сдержать это обещание.

Миллион разных мыслей пронеслись у меня в голове после его пораженческих слов. Все недооценивали, на что была готова пойти Колетт Холлидей.

Когда дело касалось этой женщины, планка была на пределе. Ниже опуститься было невозможно.

Эмоция, которая вырвалась наружу, была внезапным желанием уберечь Вина от всего того вреда, который могла причинить его мать.

Но больше всего меня беспокоило то, что у этого человека и так было всё.

Последнее, что ему было нужно, это моё сердце.

Глава 20

Вин

— Ты удивлён тем, что твоя мать способна на убийство? — За словами сводного брата последовал сухой смех.

Я встретил его взгляд, поразительно похожий на мой собственный, и удивился, почему мне захотелось высказать свои худшие опасения молодому человеку, с которым поклялся не иметь ничего общего. Понятия не имею, как Ченнинг уговорила меня прийти на ужин в городской дом Алистера. Мне пришлось исполнить целый танец с бубнами, чтобы убедиться, что за мной не следят, потому что по-прежнему не хотел, чтобы кто-то знал, где находится Уинни. Наверное, потому, что Ченнинг пригласила меня сразу после того, как я уговорил её на секс в ванной комнате моего офиса, когда мы принимали душ после разгрома стола. Она использовала племянницу в качестве приманки, утверждая, что Уинни очень хочет меня видеть. Однако, как только мы добрались до стильного дома, Ченнинг и Уинни увлеклись каким-то аниме-шоу, с которым их познакомил Алистер.

Когда он предложил мне выпить, я согласился и последовал за ним в небольшой сад на крыше здания. Это был уединённый оазис в самом сердце такого оживлённого города. Я нехотя сказал ему:

— У тебя прекрасный дом. — В нём было гораздо более спокойно, чем в поместье.

Алистер потягивал свой напиток и наблюдал за мной поверх края бокала. В уголках его глаз появились морщинки, когда он улыбнулся. Выражение его лица так напомнило мне Арчи, что у меня сжалось сердце. Было странно испытывать столько неприязни к человеку, в котором я видел себя и своего брата.

Он не ответил на комплимент. Вместо этого спросил:

— А ты знал, что у твоего отца была смертельная аллергия на арахис?

Это была такая неожиданная смена темы, что мне пришлось на мгновение задуматься.

— Откуда ты это знаешь?