Я приподнял бровь, пока мы смотрели друг на друга.

— Ты ведь знаешь, что есть большая вероятность того, что Уинни завладеет «Холлидей инкорпорейтед», не так ли? У меня нет детей. Арчи больше нет. Моя мать скорее потеряет всё, что у неё есть, чем позволит бастарду моего отца взять власть в свои руки. Остаётся Уинни. Она должна знать, как всё устроено, когда ты член семьи Холлидей. Это может стать для неё очень важным уроком. — Я был серьёзен лишь отчасти. Уинни была следующей в очереди на получение семейного наследства, но я хотел для неё большего, чем быть прикованной к семейным обязательствам до конца жизни, и с болью осознавал, каково это — жить на конце этого преступно короткого поводка.

Ченнинг крепко сжала мою руку в своей. Сузив глаза, она практически прорычала:

— Она пойдёт по твоим стопам только через мой труп. У тебя нет права портить ей жизнь, как твоя семья портит жизнь всем, кто попадает на их орбиту. Это твоя работа — защищать её. Это гораздо важнее, чем всё, чем ты занимаешься целыми днями. Стоит ли отказываться от всего, что делает тебя человеком только для того, чтобы заставить Уинни попасть в тот же порочный круг, в который ты попал с рождения?

— Сэр, все бумаги в порядке. Поскольку мы опаздываем, нам нужно встретиться с секретарём и судьёй прямо сейчас. В противном случае нам придётся перенести встречу, — мой помощник, казалось, колебался, когда прервал нашу напряжённую беседу.

Он бросил на рыжеволосую женщину завуалированный взгляд, выражающий отвращение. Конрад же никогда не скрывал своего раздражения по отношению к Ченнинг. Он часто повторял жалобы моей матери, когда говорил о моём давнем заклятом враге. Наша с Ченнинг вражда была лишь показухой, но близкие мне люди об этом не догадывались. Мне приходилось сжимать зубы, чтобы не выдать своих настоящих чувств к этой женщине.

Ченнинг прочистила горло и провела пальцами по волосам, снимая солнцезащитные очки, которые убирали с её лица рыжевато-светлые пряди.

— Давай покончим с этим, — Ченнинг вздёрнула подбородок, расправила плечи и двинулась вслед за моим адвокатом, который вёл её через здание суда. Её бравада была довольно милой и вполне уместной для женщины, которая явилась на притворную свадьбу в пижаме.

— Сэр, я чувствую, что должен спросить в последний раз. Ты уверен, что хочешь пойти на это? Я знаю, что ты настаиваешь на том, что это лучший способ справиться с матерью, но я не могу не задаться вопросом, насколько это выгодно тебе. Мисс Харви всегда любила создавать проблемы.

Моим личным помощником был старый друг по колледжу. У Конрада Бека было похожее семейное происхождение. Его семья была довольно обеспеченной, и возлагала на Конрада огромные надежды, потому что он был их единственным сыном. У него было ещё несколько сестёр, которые должны были выйти замуж, но именно Конрад должен был сохранить и преумножить богатство своей семьи. Когда я впервые встретил его, он, будучи пловцом, мечтал стать олимпийцем, но родители настаивали, чтобы он посвятил себя учёбе и нашёл карьеру «белого воротничка», который бы поддерживал растущую династию. Почему именно Конрад должен нести финансовое бремя за всех своих родственников, оставалось загадкой для нас обоих. Однако, как я бросил скрипку, так и он бросил спорт, в котором преуспел, по указу родителей. Конрад и Рокко были единственными людьми в моём, осмеливавшиеся усомниться в моих намерениях. Я платил им больше, чем если бы они были генеральными директорами своих собственных компаний, и считал обоих друзьями вне наших деловых отношений.

Я кивнул, глядя, как Ченнинг идёт по коридору с прямой спиной и высоко поднятой головой.

— Я хочу сделать это. Брак — лучшее решение.

Ченнинг была единственной женщиной, с которой я мог это сделать.

— А ты не боишься реакции матери? Что, если всё закончится так, как закончилось, когда твой брат привёл домой кого-то, кого она не одобрила? Ни у тебя, ни у мисс Харви не будет ни минуты покоя, когда она узнает, что ты сделал.

Я искоса взглянул на Конрада. Я не привык, чтобы кто-то, кроме матери, ставил под сомнение мои решения. Я был главным, даже если не хотел этого.

— Я не Арчи и не позволю ей поступить с Ченнинг так же, как она поступила с Уиллоу.